– Такого больше нет.

– Почему? Потому что тебе настолько сильно себя жалко?

– Да пошел ты!

Эмоции отступили, накатившая еще раньше слабость окончательно погребла меня под собой. Я смотрел в окно. На уличный трафик, спешащих пешеходов, солнечные лучи.

– Мне надо идти, – Райли встал. – Я отправил тебе билет на самолет. Он с открытой датой. Но будет здорово, если ты полетишь завтра вместе со мной. Удобный обеденный рейс, и я по пути смогу ввести тебя в курс дела.

Я продолжал смотреть в окно. На протянутую для рукопожатия руку не ответил, а когда Райли наконец ушел, махнул рукой официантке и заказал еще пива. А потом еще. И еще.

Бар работал до последнего посетителя, поэтому выгонять меня не выгоняли, но к ночи смотрели уже с унынием.

И тогда же внезапно напротив меня в кресло плюхнулся Боровский. Я удивленно поднял брови вверх и спросил его:

– Водки?

– Тебе хватит. – Он покачал головой официантке, которая, кажется, вздохнула с облегчением. – Едешь в Лондон с Райли?

– Нет.

Боровский смотрел на меня.

– Не с Райли, – тихо сказал я. – Позже поеду.

Он кивнул.

– Давай отвезу тебя домой.

– Нет, – я энергичнее замотал головой, – не могу сейчас домой. Мне там… объясняться надо.

– Хорошо, поехали ко мне.

Боровский встал и протянул мне руку.

– Алексей, я тебя не утащу, – взвыл он, когда осознал, что ноги меня совсем не держат. – Ты хоть чуть-чуть мне помоги!

Но я не помог и вообще не запомнил, как мы оказались в маленькой чистой квартирке доктора Ярослава Боровского.

Глава пятая

Солнце яростно светило в глаза. Я попытался закрыться от него подушкой и свалился с диванчика, на котором, видимо, ночевал. Из соседней комнаты на грохот выглянул Боровский. Быстрым взглядом оценив обстановку, он саркастично сообщил:

– К сожалению, у меня нет мебели, рассчитанной на твой рост. Проводить в ванную или сам доползешь?

Я сверкнул на него глазами, попытался встать, но в процессе подумал, что «доползешь» тоже годится. В голове стучало. Куски вечера никак не хотели складываться в единую картину. Я залез в душ и, только когда пустил воду, понял, что забыл раздеться. Чертыхнулся, отжал рубашку, которой досталось больше всего, вышел из душа и, оставляя мокрые следы, пошел просить полотенце.

Увидев меня, Ярослав тоже выругался, но быстро взял себя в руки.

– Алексей Юрьевич… – начал он.

– Ой, не надо нотаций!

Кроме полотенца, он выдал мне банный халат в заводской упаковке. Я с сомнением окинул субтильного Боровского взглядом, но отказываться не стал. Вернулся в ванную и, сняв мокрую одежду, снова залез под душ. В какой-то момент я поймал себя на том, что засыпаю, стоя под струями воды, и решил сворачивать процедуры.

Как ни странно, халат оказался мне впору. Я вышел из ванной, Боровского нашел в комнате.

– Аптечка у тебя есть?

Ярослав молча передал мне небольшой контейнер, набитый лекарствами. Они были разложены в строгом алфавитном порядке и вдобавок на крышке красовался листок, на котором содержимое аптечки было разбито по типам. Но от головной боли там ничего не нашлось. Вздохнув, я откопал абсорбенты и добавил к ним порошок от гриппа, надеясь на хоть какой-то обезболивающий эффект.

– Шкаф вернет одежду через час, – сообщил Боровский, который успел забрать из ванны мои вещи и отдать их технике, установив цикл на легкую стирку, просушку и глажку.