– Балуете вы ее, Александр Христианович, – недовольно заметила Майя.

Я в ответ пожал плечами.

– Хватит с нее одного узурпатора и тирана.

– Это вы обо мне? – Майя фыркнула, резко развернулась и ушла в подлесок.

– Вот зря ты так, Християныч… – прогудел Лука. – Ить мается девка по тебе, оттого и брыкается, как коза. – Великан сидел рядом со мной прямо на земле и старательно надраивал ветошкой «Гочкис». – Девица – она как оружье, ласкового обхождения требует. Уважил бы, дева знатная, как раз по тебе.

– Баба свой место должен знать! – умудренно заявил Тайто. – Если место не показать, на шею садить мужик и погонять потом. Она такой, все баба такой.

– Да много ты знаешь, нехристь, – ухмыльнулся Лука. – Много ты баб нюхал? А туда же…

Айн возмущенно воскликнул:

– Как не нюхать, очень даже нюхать, много нюхать!!!

Я едва не заржал, но вовремя сдержался. До поселка – три с половиной сотни метров, японцы – и того дальше, но поостеречься не помешает.

Показал неразлучной парочке кулак, забрал бинокль у Мадины и пошел на батарею Максакова, которая расположилась в десятке метров правее нас. Все четыре имеющихся в наличии орудия стояли в ряд, через десяток метров друг от друга, а сам мичман возился с крайним из них, осторожно ворочая ломиком станину.

– Готовы, Сергей Викторович?

– Готовы, – уверенно ответил мичман. – Да тут всего три сотни метров с небольшим гаком. А я «Цусиме» трубу сбил с пяти миль.

– Цусима? Пролив?

– Пролив такой тоже есть, но я о бронепалубном крейсере «Цусима». – В голосе мичмана сквозило превосходство.

– И сдетонирует?

– Еще как сдетонирует. Динамит старый, хранился черт знает в каких условиях, очень нестабильный. Как он не жахнул раньше, сам не знаю. Сдетонирует даже от хлопка в ладони. Не беспокойтесь, Александр Христианович, все получится.

Я не стал дальше терзать Максакова вопросами, отошел и опять взялся за бинокль. Лучше бы мичман оказался прав, на него вся надежда, в противном случае нам придется очень трудно.

Вариант боя сменился почти в самый последний момент, после того как Свиньин притащил утверждать список имущества на предмет: что бросать, а что с собой брать. А в этом списке я с невероятным удивлением увидел, что у нас, оказывается, есть больше ста пудов динамита в шашках. Как позже выяснилось, динамит остался после строительства дороги, а затем его, по извечной русской традиции, благополучно забыли в Дербинском, где он и хранился черт знает сколько в одном из бараков при тюрьме вместе с разным хламом. Японцы его не нашли, зато нашел мой дотошный интендант.

И сразу в нашем будущем появился просвет. Увы, другой вариант боя, который я планировал сначала, не давал даже двадцати процентов на успех. Слишком уж у нас неоднородное и неслаженное подразделение – а если точнее, необученная орда. А с динамитом появляется устойчивый шанс. Нечто подобное я сотворил при взятии Ла-Рошели. А что, сработало в Средние века, должно сработать и сейчас.

Я приложился к биноклю. Вот оно, адское зелье, сложено в дровяном сарае под задней стеной трактира. А для пущего эффекта там рядышком еще пяток бочек скипидара с ближайшей смолокурни, вдобавок разбавленного медом. Но это уже моя отсебятина, задумывал что-то вроде напалма, но как в итоге получится, даже не представляю.

К сожалению, ни запалов, ни огнепроводного шнура при динамите не было, пришлось поломать голову над способом использования.