Американский турист спросил у него, где находится замок (тот маячил, словно прилепленный к горе, за спиной у этого спортивного англосакса), Тойер по рассеянности ответил ему на плохом французском. Внезапно он узрел среди моря голов черные локоны и ускорил шаг, почти перешел на бег, но все равно лишь с трудом догнал Ильдирим.

– Слава Богу, вы тут, – произнесла она, запыхавшись. – Я вас видела, вы стояли прямо перед автобусом, закрыв глаза. Вся улица была запружена машинами. Водитель сигналил. Я уже прикидывала, как мне отбрехаться в управлении, если вы не явитесь.

Комиссар видел все как в тумане, из последних сил пытаясь сфокусировать зрение.

– Где сейчас малышка? – спросил он заплетающимся языком.

– Город разработал программу центров детского досуга, и Бабетта находится там каждый день с девяти до пяти. Благодаря этому мне и удалось убедить Краффт, ту тетку из молодежного управления. Мол, нельзя лишать ребенка такого удовольствия.

Тем временем они подошли к Управлению по делам молодежи. Веселые игровые уголки и жизнеутверждающие плакаты странно контрастировали с общей унылой и давящей атмосферой.

– Здесь решаются человеческие судьбы, – шепнула Ильдирим.

– Я никогда еще не задумывался над этим, ни на секунду, – сказал Тойер. – Итак, значит, я живу у вас?

– Я бы уточнила, что вы живете у меня большую часть времени, – ответила Ильдирим, когда они уже свернули за последний угол длинного коридора. – Добавьте, что у вас есть еще старое жилье. В конце концов фрау Краффт ведь умеет читать, и у нее есть телефонная книга.

– Тут легко заблудиться, – вполголоса заметил Тойер. – Вероятно, объединили несколько старых домов, да еще втиснули между ними пристройку.

– Это соответствует концепции нашей дамы, – сообщила Ильдирим. – Немножко терапии, чуточку социологии, капельку политики и много новых открытий из США. – Она замедлила шаг. Они пришли. – Как самочувствие? Прошла усталость?

Тойер кивнул. В самом деле, этот абсурдный поход взбодрил его, и голова немного прояснилась. На двери кабинета был наклеен большой подсолнух, нарисованный неумелой рукой.

– Она явно сама потрудилась, восковыми мелками, – пробормотала Ильдирим и постучала.

– Войдите! – мягко откликнулись из кабинета.

Краффт была одета в подобие индийского сари. В отличие от прошлого раза она окрасила в зеленый цвет пряди волос и восседала, всем довольная, за письменным столом. Очки тоже были новые, с красной оправой; бессмысленно закрученные завитками оглобли скрывались за большими ушными раковинами. Неужели она все пять дней в неделю изобретала что‑то новое, наслаждаясь обилием аксессуаров?

– Добрый день, фрау Ильдирим. А это тот самый господин Тойер, как я догадываюсь. – Властным жестом Краффт указала обоим вошедшим на места в углу – на два школьных стула. Там же стоял низкий столик с рассыпанными на нем кубиками из конструктора Лего. Пара растерянно уселась на стулья.

– Я вам не завидую, – бесстрастно заявила Краффт, просматривая какие‑то бумаги. – Два убийства, одно за другим. Бедные женщины…

– Убиты были двое мужчин, – кротко возразил Тойер.

– Я знаю, – холодно парировала чиновница, – но я сейчас имела в виду их бедных жен.