— Это еще что? — рявкнул он, срываясь с места. — Ты что, с ума сошел?

— Спокойно! — сказал детектив. — Жемчуг я конфискую.

— Ну, это мы еще посмотрим! — И миллионер вытащил револьвер.

Сверкнул огонь, грохнул выстрел, но он раздался не из револьвера Мэддена, а из шелкового рукава халата китайца. Револьвер Мэддена со стуком упал на пол, на руке миллионера показалась кровь.

— Не двигаться! — приказал Чарли Чан, и его громкий, уверенный голос заставил беспрекословно подчиниться. — Долгий путь пришлось пройти почтальону, но сейчас он у цели. Малейшее движение — и я всажу пулю в вашу драгоценную голову.

— Чарли, ты что, спятил? — крикнул Виктор Джордан.

— Отнюдь, — улыбнулся детектив. — Сэр, сделайте одолжение, подайтесь немного назад.

И, подняв с пола револьвер, он добавил:

— Думаю, это подарок Билла Харта. Красивая штучка, пока пусть побудет у меня.

Обыскав одной рукой карманы Мэддена, он той же рукой толкнул стул на середину комнаты и вежливо попросил:

— Будьте добры, сэр, посидите здесь, если не возражаете.

— И не подумаю! — рявкнул миллионер.

— Сидеть!

В тоне, каким это было сказано, чувствовалось нечто такое, что Мэдден, подавив ярость, послушно плюхнулся на стул.

Теперь наступила очередь профессора Гэмбла. Профессиональным жестом ощупав его одежду, детектив и ему пододвинул стул.

— Будьте добры, профессор, садитесь. Очень любезно с вашей стороны, что оружие вы оставили в спальне. Садитесь и вы, мистер Торн, я знаю, что оружия при вас нет.

И усадив всех троих в ряд, Чарли Чан несколько отступил, чтобы держать их под прицелом.

— Виктор, вас я обыскивать не буду, но будьте добры, возьмите стульчик и займите место рядом со всей компанией. Я хорошо помню, в детстве вы были очень своенравным мальчиком.

И добавил совсем другим, холодным, решительным тоном:

— Выполняй, не то я с искренним удовольствием продырявлю тебя и тем самым раз и навсегда избавлю от забот твою несчастную мать.

Побледневший Виктор поспешил выполнить приказ полицейского, а тот и себе придвинул стул и уселся напротив арестованных, у стены, увешенной оружием.

— Не исключено, что нам, джентльмены, придется порядочно подождать. Мистер Торн, достаньте носовой платок и перевяжите руку вашего хозяина.

— Чего именно мы будем ждать? — кривясь от боли, спросил хозяин ранчо, в то время как Торн перевязывал ему раненую руку.

— Мы дождемся возвращения Боба Идена, — ответил детектив. — Тогда я вам сообщу много интересного.

Перевязав руку шефа, Торн занял свое место. Чарли Чан, со свойственным китайцам терпением и невозмутимостью, глядел на тех, кого держал под прицелом. Прошло пятнадцать минут, полчаса. Наконец, минутная стрелка на больших часах стала приближаться к девяти.

Первым не выдержал Виктор Джордан. В его мозгу не укладывалось, как какой-то китаец мог позволить себе такое обращение с ним, Виктором Джорданом, и тем более — с самим Пи Джи Мэдденом, «стоящим» несколько миллионов! Виктор беспокойно вертелся на стуле и наконец разразился бранью:

— Чтобы какой-то китаец… не иначе, спятил…

Одним движением револьвера Чарли утихомирил его.

Наконец, послышался шум подъехавшей машины. Чарли Чан облегченно вздохнул:

— Вот и конец нашему ожиданию.