Мэдден обратился к секретарю:

— Подождите меня в машине.

И когда они остались с миссис Джордан одни, хмуро спросил:

— Вы ведь никогда меня не видели, правда?

— Мне очень жаль, но, кажется, и в самом деле нет.

— Вот именно. Уверен, что нет. А я вас видел. С тех пор прошло так много лет, что теперь я уже могу сказать об этом. Хочу, чтобы вы знали, что означает для меня стать владельцем вашего колье. Сегодня утром зажила одна старая, глубокая рана…

— Не понимаю, о чем вы говорите, — сказала миссис Джордан, удивленно глядя на финансиста.

— О разумеется, вы не понимаете. В восьмидесятые годы вы приезжали с родителями с Гавайев, останавливались в Нью-Йорке, в старой гостинице «Палас». Там я вас и видел. Дело в том, что тогда я… был боем в этой гостинице. Однажды мне посчастливилось увидеть вас и в знаменитом колье Филлиморов. Ох в ту пору лучше вас не было девушки на свете! Надеюсь, теперь я не оскорблю вас, признавшись в этом, ведь теперь мы оба уже…

— …теперь мы оба стары, — тихо подсказала Салли Филлимор.

— Я обожал вас, но… Был я тогда всего лишь боем в гостинице. Вы никогда меня не замечали и только что еще раз это подтвердили. Поверьте, это было очень обидно и больно ранило мою гордость! Тогда я поклялся, что достигну высокого положения и женюсь на вас. Сейчас мы оба можем посмеяться над этим. Ничего у меня не вышло. Даже мне не удалось осуществить все мои планы. Но вот сегодня я стал владельцем вашего колье, владельцем знаменитых жемчугов Филлиморов! Спасибо и на этом. Теперь оно будет украшать шею дочери Мэддена. Наконец-то затянулась эта застарелая, но болезненная рана.

Салли Филлимор молча поглядела на него и несколько раз покачала головой. — Раньше такие слова могли бы ее обидеть, теперь, умудренная жизненным опытом, она была в состоянии понять чувства, испытываемые этим странным человеком, и пожалеть его.

Помолчали. Каждый думал о своем. Первой отозвалась миссис Джордан:

— Странный вы человек.

— Какой уж есть. Но я должен был вам рассказать об этом, иначе мой триумф был бы не полон.

Вновь наступившее неловкое молчание прервал Иден, войдя с листком бумаги в руках.

— Вот контракт, — обратился он к Мэддену. — Распишитесь, пожалуйста, вот здесь. Благодарю вас.

— Итак, договорились, мистер Иден. Вы получите мою телеграмму. Запомните, жемчуга отправите в Нью-Йорк, и только туда! До свидания, миссис Джордан.

Он протянул руку Салли. Та пожала его руку и улыбнулась.

— Теперь уже я вас заметила.

— И кого же вы видите?

— Страшно честолюбивого, но симпатичного и сильного человека.

— Спасибо, я это запомню. До свидания.

Финансист ушел, и Иден устало рухнул в кресло.

— Тяжелый клиент. Ну да ладно, самое трудное уже позади. И все-таки на редкость трудный клиент. Я пытался поднять цену, но это безнадежное дело. Такой всегда настоит на своем.

— Ты прав, Алек, и не переживай. Ты сделал все, что было в твоих силах. Я так благодарна тебе!

— Пустяки. А ты заметила, Салли, я не хотел, чтобы ты при них говорила, кто должен привезти колье? Осторожность не помешает. Теперь можешь сказать мне.

— Конечно же, Алек. Его привезет Чарли.

— Чарли?

— Детектив, сержант Чан из полиции Гонолулу. Когда-то, очень давно, он был старшим боем на вилле моих родителей, еще там, на побережье. Старый, верный друг.

— Чан? Китаец?

— Да.