Нужно срочно выйти на воздух…

Она поднялась, но капитан остановил ее жестом руки:

— Постойте, я вам пропуск подпишу, а то вас не выпустят…

Он размашисто расписался и протянул ей бумажку:

— Можете идти. И попрошу вас не выезжать из города — возможно, мне придется задать вам еще несколько вопросов.

Мила вышла из кабинета, вышла из отделения.

На свежем воздухе ей стало легче.

Она увидела впереди сквер, дошла до него и села на скамейку.

Тут ее дурнота окончательно прошла, зато накатили разные неприятные мысли.

Сперва она снова вспомнила то, что увидела в момент перед обмороком.

Уцелевшая рука, удивительно белая на фоне черной, страшной, обугленной плоти.

Хотя… сейчас, вспоминая эту руку, Мила вспомнила, что рука эта была довольно смуглая, с тонкими музыкальными пальцами.

Но она прекрасно помнила руки своего мужа.

Еще бы ей их не помнить.

Павел был, что называется, крепко сбитый мужчина, с квадратным подбородком. И руки у него были крепкие, с широкими ладонями и толстыми короткими пальцами. И с широкими, плоскими, почти квадратными ногтями.

А у того обгорелого трупа пальцы тонкие, ногти удлиненные, красивой формы, за которую много отдали бы некоторые женщины…

И это еще не все.

Самое важное, что вспомнила Мила, было связано с обручальным кольцом.

Нет, кольцо в пакетике было то самое, которое она в день свадьбы надела на руку Павла. В этом не было сомнений…

Но только этого кольца никак не могло быть на руке обгорелого мертвеца. Если, конечно, допустить, что это Павел.

Потому что Мила прекрасно помнила, как в тот ужасный день, когда муж неожиданно объявил ей, что уходит от нее к другой женщине, он снял это кольцо демонстративным жестом и бросил его на тумбочку в прихожей.

И сразу после этого вышел из квартиры, чтобы больше туда не возвращаться.

Ну да, теперь Мила ясно вспомнила, как кольцо покатилось было, но не упало, а она так и сидела на полу в прихожей, уставившись в пустоту, пока Клава не пришла.

Кольцо так и осталось лежать на тумбочке, потому что Миле не хотелось к нему прикасаться.

А может, даже и страшно было.

Может быть, подсознательно ей казалось, что, дотронувшись до этого кольца, она признает непреложный факт — что муж от нее ушел, что их семейная жизнь осталась в прошлом…

С того дня она не проверяла злополучное кольцо, не смотрела на него — но сейчас его наверняка нет на тумбочке, потому что Мила только что его видела.

Оно лежит в прозрачном пакетике в столе у грустного капитана Супникова.

А до этого оно было надето на руку незнакомца…

Незнакомца, который сгорел в машине…

В машине Павла!

Значит, этот незнакомец как-то связан с Павлом.

Как? Кто он такой? Как он оказался в этой машине?

И как кольцо, которое Павел снял перед уходом и бросил на тумбочку в прихожей, оказалось на его руке?

И тут у Милы появилось вполне правдоподобное объяснение.

После ухода Павла в ее квартире кто-то похозяйничал.

Вернувшись, Мила осмотрела квартиру и решила, что из нее ничего не пропало…

Но в тот момент она и не вспомнила про кольцо.

А взять кольцо, которое валялось в прихожей, тем людям ничего не стоило.

Ну да, вот и объяснение.

Проникнув в Милину квартиру, злоумышленники взяли кольцо, валявшееся на самом виду.

Один из них надел это кольцо на руку или просто сунул в карман, а после этого он попал в аварию, и по этому самому кольцу Таисья опознала в нем своего пропавшего брата…

Хотя нет, разумеется, все было не так. Эти типы оба живы и здоровы, она видела одного из них буквально вчера, стало быть, и второй коротышка был неподалеку.