Куньен упал на землю — его парни тут же схватились за клинки.

— Стоять, — скомандовал он. — Стоять! Всё по-честному, как договаривались.

Его люди, нищие и ободранные, исполнили приказ, как настоящие бойцы.

Я сунул рапиру в ножны и протянул ему руку, чтобы помочь встать.

— Проклятье! — выругался он. — Давно так не болело.

— Это ты раскрылся, не я. И вообще, кто бросает клинок противнику на голову? Серьезно, ну что за манеры?

Куньен улыбнулся.

— Я не мог позволить тебе уйти, даже не получив царапины.

Он повернулся и помахал Валиане.

— Может, как-нибудь в другой раз, миледи! Не дайте Фалькио обольстить вас своими речами. Если вам и придется разделить постель с кем-то из них, то лучше выбирайте Брасти. Он опытнее.

Куньен повернулся к своим людям и приказал им возвращаться в лес.

— Он мне всегда нравился, — сказал Брасти. — У него есть голова на плечах.

Фелток и его парни облегченно вздохнули, начали расставлять лошадей и готовить повозки к дороге. Однако оружие держали наготове.

Алина не сдвинулась с места, напряженно вглядываясь в лес, где растворились разбойники.

— Все в порядке, дитя мое, — сказал Кест. — Они больше не вернутся.

— Дело не в этом, — ответила она.

— А в чем? — спросил я.

— Сначала я очень испугалась: подумала, что вас убьют и у нас отберут повозки.

Я хмыкнул.

— Приятно слышать, что ты обо мне беспокоилась.

Она пропустила это мимо ушей.

— Но потом, во время поединка, что-то изменилось. Что-то пошло не так.

— Ты о чем? — спросил Брасти.

— Это было похоже не на бой, а скорее на разговор. Словно клинки беседовали друг с другом.

Мы с Кестом и Брасти постарались не переглядываться.

— И что, по-твоему, они говорили? — осторожно спросил Кест. Она нахмурилась.

— Трудно сказать. Сначала Фалькио задал вопросы, а разбойник ответил «нет», а потом они начали обмениваться репликами, но слишком быстро, я не смогла уследить.

Брасти улыбнулся и взъерошил ей волосы.

— Фантазерка, — сказал он. — Не обращай внимания на все эти глупости с клинками — лучше я покажу тебе, как нужно правильно держать лук.

Девочка хихикнула.

— Как можно правильно держать воображаемый лук? Он же у меня в голове.

То, как быстро Алина переходила от страха и гнева к детской беспечности, меня всерьез беспокоило. То, что ей довелось пережить, даже взрослого бы свело с ума, а она ведь еще совсем дитя. Я понятия не имел, что означало такое поведение и что нам теперь делать.

Они с Брасти пошли к лошадям, мы с Кестом последовали за ними.

— Так что? — тихо спросил он. — Что сказал Куньен?

ПРИНЦЕССА И НИЩЕНКА

— Куньен тоже ищет королевские чароиты, — ответил я, пока мы c Кестом вели своих лошадей позади каравана. — Он понимал, что мы не должны находиться в этой провинции. Поэтому сначала искренне решил, что мы поступили на службу к герцогине.

— Сколько из наших еще осталось? — спросил Кест.

— Он не знает. Сказал, что в Шеверане видел Киллату на корабле.

— Килатту? В Шеверане? Разве она не боится воды?

— Теперь я даже не уверен, ее ли он имел в виду. В любом случае Куньен говорил об одном из первых двенадцати магистратов, причем женского пола.