— Плащеносец, — не задумываясь, поправил я.

— Что?

— Плащеносец, а не шкуроносец. Плащеносец.

— Ах да, конечно, это же и так понятно, — рассмеялась она. — Потанцуем, плащеносец Фалькио?

Я огляделся и увидел, как несколько знатных господ пытаются прожечь меня своими ледяными взглядами. Заметил улыбающегося герцога и покачал головой.

— Нет, миледи, я…

— Ваше высочество, — поправила она.

— Что?

— Теперь я стала принцессой, Фалькио; раз уж ты желаешь обращаться ко мне официально, то лучше называть меня ваше высочество.

Я поклонился.

— Ваше высочество, благодарю вас за оказанную честь, но боюсь, что не подхожу для танцев.

Улыбка ее угасла.

— Не подходишь для танцев или для того, чтобы танцевать со мной?

— Неуклюж, ваше высочество. Боюсь наступить на вашу королевскую ножку, пытаясь вспомнить танцевальные па и понять, какую игру вы затеяли.

Она стрельнула взглядом в герцога, потом в меня.

— Скажу так, чтобы стало понятно. Мой отец считает, что я продемонстрирую необходимое смирение и единение с народом, если станцую с плащеносцем. Если тебе так проще, считай это приказом хозяйки, которая тебя наняла.

Я пожал плечами и громко сказал:

— Как ваш слуга, ваше высочество, я, несомненно, согласен!

Затем я глубоко поклонился, заведя правую руку за спину, а левую предложив ей. Обычно подобным жестом приглашали на танец даму сердца, что в данном случае выглядело весьма непристойно.

Но, к удивлению, она приняла мою руку и встала в первую позицию для начала танца.

— Умно, плащеносец Фалькио, — прошипела она, когда мы исполнили первую фигуру. — Насколько же ты мудрее и хитрее глупой девчонки, стоящей перед тобой. Я попросила тебя о такой мелочи, но тебе не понравилось, как я это сделала, поэтому ты унизил меня.

— Возможно, стоило попросить об этом кого-то другого, — ответил я.

Она рассмеялась.

— Кого? Того, кто собирается убить меня, или того, кто хочет убить моего отца?

Наверное, Фелток рассказал ей о том, что случилось.

— Меня интересует лишь одно, миледи. Как…

— Ты хотел сказать «ваше высочество».

— Да, так вот. Как именно вы прошли «испытание сердца»? Мне говорили, что мудреца невероятно трудно обвести вокруг пальца.

— А ты считаешь, что я его непременно обманула? Солгала о себе и своих намерениях? Ты вообще понимаешь, что во времена короля Пэлиса сомнение в чести престола считалось предательством?

— Удивлен, ваше высочество, что меня еще не заковали в железо.

— Почему ты так презираешь меня, первый кантор плащеносцев?

— Я не презираю вас, ваше высочество. Напротив, боюсь.

— Разве у тебя есть причины бояться меня?

Я заглянул ей в глаза, надеясь увидеть издевку, но нашел лишь искреннее замешательство.

— Почти никаких, ваше высочество, — вздохнул я. — Но и причин считать вас мудрой у меня тоже нет: думаю, вас используют в заговоре, чтобы укрепить ложное доверие к новой династии королей и королев, которыми будут управлять герцоги. Сомневаюсь, что вы коварны, — возможно, вы очень милы. Но герцоги используют вас, как вышколенное животное, и в этом мире вы превратитесь в чудовище. Моя работа — останавливать чудовищ, ваше высочество.

Она встала как вкопанная, и я чуть не свалился на нее, но Валиана крепко меня держала.

— Почему ты тогда просто не убьешь меня? Или хотя бы не позволишь своим друзьям сделать это за тебя?

Я выдержал ее взгляд.