– Вот как?

Дэйви убрал волосы со лба:

– То, что ты говоришь, правильно, но...

Элден заморозил сына ледяным взглядом.

– Но ведь это был классический пример идеального сотрудничества, – продолжал тем не менее Дэйви. – И эффект был потрясающий.

– Я слишком стар для подобного сотрудничества, – сказал Элден.

– Ты никогда не рассказывал, что думал о нем лично.

– Лично я думал, что он – знакомый моего отца.

– И все?

Элден покачал головой.

– Он был ничем не примечательным коротышкой в вульгарном твидовом пиджаке. Он думал, что выглядит как принц Уэльский, но на самом деле напоминал карманника.

Дэйви был слишком шокирован, чтобы что то сказать, и Элден продолжал:

– Впрочем, мне всегда казалось, что и сам принц Уэльский выглядит как карманник. Драйвер был очень талантливым писателем. И то, что я думал о нем, когда был маленьким мальчиком, не имеет никакого значения. И то, каким человеком он был, тоже не имеет значения.

– Хьюго Драйвер был великим писателем, – произнес Дэйви, уткнувшись взглядом в свою тарелку.

– Спору нет.

– Но он действительно был им.

Элден бессмысленно улыбнулся, положил в рот очередной кусок омара и запил его вином. Дэйви весь дрожал от еле сдерживаемого негодования.

– Ты ведь знаешь мое правило, – заговорил Элден. – Большой издатель никогда не читает изданные им книги. Это мешает объективной оценке. Кстати, раз уж мы заговорили об этом, у нас есть что нибудь для нашего приятеля Лиланда Дарта?

Лиланд Дарт был, пожалуй, самым достойным из их адвокатов, партнером Лео Морриса из фирмы «Дарт и Моррис».

Дэйви сказал, что работает над этим.

– По правде говоря, мне кажется, что дружище Лиланд пытается в собственных интересах натравить нас друг на друга.

– А это имеет какое то отношение к наследству Драйвера? – поинтересовалась Нора.

– Пожалуйста, Нора, – сказал Дэйви, – не надо.

– Не надо – что? Или я уже стала невидимкой?

– Знаешь, что самое интересное в Лиланде Дарте? – спросил Элден, явно чувствуя себя обязанным спасти разговор. – Помимо его внешнего великолепия? Его отношения с сыном. Я их не понимаю. А ты понимаешь? Я имею в виду Дика. Что случилось со старшим – Питом, – для меня в общем то ясно, но вот Дик – загадка. Этот парень вообще занимается чем нибудь?

Дэйви рассмеялся:

– Не думаю. Мы тут как то встретили его месяца два назад, помнишь, Нора? В «Джилули» сразу после открытия.

Нора прекрасно помнила эту встречу, и сейчас она даже казалась ей забавной, хотя тогда человек по имени Дик Дарт вызвал у нее отвращение. Дарт поступил в Академию на два года позже Дэйви. Нору представили ему в баре ресторана, открывшегося в торговом центре «Уолдбаум» на месте заурядной пиццерии. Мужчины и женщины от двадцати до тридцати лет запрудили места у стойки бара, отделявшей дверь от обеденного зала, где виднелись столики в красно белую клетку с пластиковыми страничками меню. Когда Нора с Дэйви пробирались сквозь толпу, высокий молодой человек с какой то обреченностью во взгляде вдруг повернулся к Дэйви, ухватил его за локоть и обратился к нему тоном, в котором странно смешивались надменность и неуверенность в себе. На нем был элегантный, немного помятый костюм, галстук был приспущен, а светлые волосы падали на лоб. Судя по виду, Дик успел выпить более чем достаточное количество коктейлей. Он сказал что то вроде: «Думаю, ты сейчас станешь делать вид, что не помнишь наших давних ночных путешествий».