– Ни о каких сантиментах нет речи, – глухо ответила Изабель. – Возможно, я просто устала от всяких интриг, затеваемых ради того, чтобы ты набивал свои карманы деньгами и присваивал чужие земли. Возможно, мне не по себе оттого, что я похоронила стольких мужей. Но не только мои руки обагрены кровью этих мужчин. Ты так же запачкан ею, хотя посматривают подозрительно на меня.

 – Это естественно. Я ведь не красавица, способная вскружить голову мужчинам своими сладкими речами и медовыми устами, – усмехнулся Кеннет. – В его голосе прозвучал сарказм. – Только мужчины могут осудить и повесить нас, и потому у тебя больше шансов, чем у меня, отвести их подозрения. Это будет в последний раз.

 – Ты уверен?

 – Да. Пока ты будешь плакать над могилой несчастного кузена Раналда, я стану хозяином его земель. Он последний, кто препятствует осуществлению моих желаний.

 – Если не считать его отца.

 – Он настолько стар, что умрет еще раньше сына.

 – И ты твердо решил обвинить Кормака в смерти Раналда?

 – Да. Пора избавиться от него, поскольку сам он, похоже, не отстанет от тебя.

 – Что ж, если так надо… – протянула Изабель без всякого сожаления в голосе. – Как долго должна я оставаться замужем на этот раз?

 – Не слишком долго. Кузен Раналд – довольно безрассудный молодой человек. Я уверен, что мы придумаем подходящий способ покончить с ним еще до того, как он успеет надоесть тебе. Ты можешь даже получить удовольствие, так как, говорят, он очень умелый любовник.

 – Трудно сказать. Пока он не проявил готовности воспользоваться нашим обручением.

 – Бедная Изабель! Нашелся-таки мужчина, способный устоять перед твоими чарами. Это удивительно. Ну, иди сюда и позволь мне ублажить твое оскорбленное тщеславие.

 – Но мы только что оделись, – запротестовала Изабель.

 – А тебе надо всего лишь расстегнуть мои штаны. Кормак увидел, как Раналд резким жестом остановил мужчин, вознамерившихся прервать любовников. Он быстро сообразил, как можно воспользоваться тем, что Изабель и Кеннет снова займутся любовными играми. Кеннет явно окажется в неудобном положении и не успеет защититься. Любовники, застигнутые врасплох, не смогут отрицать своей связи, а поскольку Изабель официально обручена, это можно расценивать почти как супружескую измену. Сэр Раналд имел полное право убить их обоих и не понести ответственности за это.

 Кормак оцепенел. Значит, все, что говорили об Изабель, было правдой. Она просто лживая шлюха, представляющая смертельную опасность, а он потерял из-за нее десять лет своей жизни. И он потерял Элспет. Удивительно, как это его друзья и родственники оставались преданными такому болвану, как он. Кормак знал, какую услугу Изабель окажет сейчас Кеннету. Она всегда проявляла умение в таком деле и получала от этого удовольствие. Ему не хотелось видеть это, но он заставил себя досмотреть всю сцену до конца, чтобы окончательно убедиться в предательстве Изабель.

 – Думаешь, доставляя тебе удовольствие, я смогу утешить свое самолюбие? – спросила она.

 – Я хорошо знаю тебя. Тебе нравится держать мужчин в своей власти. Смотри, я весь твой и хочу, чтобы ты соблазняла и мучила меня своим умелым ртом. Съешь меня, – прохрипел Кеннет.

 – Съесть? О, это настоящий пир!

 Сопение Кеннета возвестило Кормаку и Дугласам, что любовники полностью поглощены своим занятием.