– Да неужели?! – стражница сама не заметила, как возмущённо упёрла кулаки в бока. Причём она сама не понимала от чего так сильно завелась.

– Не сомневайся, это будет совершенно бесполезный набор звуков.

– Не заговаривай мне зубы! Мы оба знаем, что ты начинаешь юлить только когда чувствуешь себя виноватым!

– Зачем ты больно бьёшь ногами мою гордость? – с, как Вилл показалось, искренним недоумением посмотрел на неё Фобос. – Я же ничего не сделал… ну, по крайней мере, ничего такого, что заслуживало бы такой реакции.

– Ничего я не бью, я за тебя беспокоюсь!

– Лучше бы ты беспокоилась об Элион, – устало вздохнул чародей, вновь поворачиваясь к столу. – Последняя её идея с бесплатной раздачей хлеба из королевских амбаров беженцам – это прямое подстрекательство к бунту. Хуже было бы только начни она внедрять бумажные деньги, но оставь все налоговые сборы исключительно в серебре и золоте.

– Почему бесплатная еда должна привести к бунту? Она, что, вся гнилая? – не поняла Вилл.

– Потому, что люди на Мередиане ничем не отличаются от людей Земли, и очень быстро начинают воспринимать то, что им достаётся из милости, как нечто, что им давать обязаны по гроб жизни, – проворчал Фобос, опираясь щекой о левую руку. – Сейчас она приучит всю эту толпу нечистых на руку и просто внушаемых пейзан, которых её советники наперегонки сманивают с моих земель, к халяве, а потом обнаружит, что ни переселяться в новые земли, ни работать в городе те уже не хотят. А зачем? Если их и так кормят, холят и лелеют. Между тем, запасы зерна в амбарах не бесконечны, и вообще, зима близко, вот и получается, что раздарив сейчас всё за так, она в какой-то момент больше не сможет кормить эту ораву. А орава уже привыкла и начнёт требовать продолжения банкета, вот тебе и бунт, – беловолосый скосил взгляд на Вэндом. – И, кстати говоря, помяни моё слово, первое, что сделают её советники, это попытаются выставить виноватым меня и направить разъярённую толпу на штурм моего замка и моих амбаров. Результат можешь легко предсказать.

– А-а-а… – картина того, как недовольный от недосыпа Фобос, щелчком пальцев обрушивает на город огненный ливень, встала перед глазами девушки столь чётко, что захотелось помотать головой. Одна часть Вилл не верила, что он так поступит, но вот другая… другая настойчиво шептала не пытаться проверять. – Что бы ты сделал на месте Элион?

– Я бы направил их на работы по ремонту дорог и прочие полезные задачи, которых всегда хватает в государстве, но на которые всегда не хватает денег, – с какой-то ностальгической обречённостью вздохнул Эсканор. – И пусть вкалывают там за еду, пока для них готовятся места под заселение.

– Это… в твоём стиле, – вынуждено признала аловласая стражница, складывая руки на груди.

– Мне не нравятся нотки осуждения в твоём голосе, – с прищуром повернулся к ней Фобос. – Между прочим, именно так были построены семьдесят процентов дорожной сети США и две трети муниципальных зданий. Может быть слышала: Великая депрессия, Рузвельт, антикризисные меры?

– Ой, только ты меня ещё школьными предметами не грузи! – скуксилась девушка, которой и без того хватало ежедневных попыток капать на мозги то от мамы, то от Тарани.

– Я думал, за хулиганистого неуча у вас Ирма, – со странным выражением на лице, оглядел её Фобос.

– Я не хулиганистый неуч! – щёки Вилл обдало жаром. – Я просто, ну… Ты сам знаешь, что у меня куча дел! – сама перешла в атаку девушка. – В Хезерфилде полно тех, кто учится хуже меня, а ведь у них нет обязанностей Стражницы!

– А ещё есть Тарани, – на корню зарубил её аргумент этот гнусный, мерзкий…

– Тарани – исключение! – с жаром ответила Вэндом, нависая над этим улыбающимся сероглазым нахалом.