– Но по протестантскому обряду! Это не брак!

– Разница лишь в том, что королева Елизавета так и не вышла за своего конюшего, а вот Мария...

– Это ничего не доказывает, – упрямо возразила Мэри. – Ни одна душа не сомневается в том, что именно Босуэлл взорвал жилище короля, но невозможно доказать, что она была посвящена в его планы...

– Но...

– Что «но»?

– Я сомневаюсь. Не думаю, что это дело рук Босуэлла. Ты же помнишь, король не погиб при взрыве, а был удавлен. Это ведь шито белыми нитками – нет, Босуэлл далеко не такой глупец. Я считаю, что это все подстроил Морэй, чтобы уронить престиж королевы. А жилище короля было взорвано для того, чтобы все об этом узнали, чтобы невозможно было оставить это в тайне. Нет, если бы Босуэлл убил короля, он сделал бы это куда более хитроумно и чисто. Кстати, это вообще глупо – он и сам бы вскорости умер...

Мэри со вниманием его выслушала:

– А почему ты тогда считаешь, что королева виновна? В чем?

– Не в убийстве. Ее бегство с Босуэллом было трусливым и вообще дурацким. Если уж ей так невтерпеж было выскочить за него, ей следовало бы сделать это открыто и честно. То, что она сделала вид, будто была похищена против воли, повредило ее репутации – выставило ее в глазах всех как трусливую и малодушную женщину. Это подобно пятну на королевской мантии! Хотя... она всего лишь женщина. Это я избалован обществом отважных и честных женщин, доблесть которых выше всяких похвал.

– Не надо, пожалуйста! Не надо... – быстро остановила его Мэри. Джон про себя улыбнулся. Когда-то она сказала бы эти же слова повелительно, резко, будто выговаривая слуге. Теперь же она произнесла это тихо, растерянно – так бывает, когда вслух говорят «нет», а сердцем – «да»... Он протянул к ней руку, но она отпрянула.

– Мэри, сколько еще мне ждать? – спросил он напрямик. – Сколько лет я должен прослужить тебе? Ты ведь сама знаешь, что уже не можешь без меня. Твои люди давно считают меня своим королем – точно так же, как тебя – своей королевой...

Ах, как неудачно он подобрал слова! Ее лицо снова стало холодным и резким, она вскочила:

– Еще одна новоявленная королева Мария! Но эта не будет столь глупа, чтобы сделать мужа королем! Поехали! Нам пора. У нас впереди долгий путь...

Да, у нас впереди еще долгий путь, подумал Джон. Молча он взялся за поводья Юпитера, сел в седло и поехал вслед за Мэри вниз по горной крутой тропке к ручью и роще. Вскоре девушка овладела собой вполне и дружелюбно, словно пытаясь загладить неловкость, спросила:

– Кажется, ты недавно получил весточку от сестры? – Джон кивнул. – Что она пишет? Есть интересные вести?

– Она пишет очень осторожно – ну, ты понимаешь... Она боится мужа, не знает толком, на чьей он стороне, хотя его частенько видят в обществе Мортона, приближенного Морэя... Если она о чем-нибудь невзначай проговорится, это может быть для нее смертельно опасно. По крайней мере, я понял это из ее осторожных намеков.

– Думаешь, муж может убить ее? – спросила удивленная Мэри. Всю свою жизнь она командовала над мужчинами и никогда никого из них не боялась.