– Она – добродетельная жена, и даже говорит моим языком.

– Кстати, о добродетельных женах... Расскажи мне о Леттис и лорде Гамильтоне. Мэри Перси намекнула вскользь о раздорах между Гамильтоном и его высокими покровителями.

Джэн бросил опасливый взгляд на остальных присутствующих и понизил голос:

– Леттис в письме осторожно намекает, что Роб Гамильтон каким-то образом причастен к побегу Шотландской королевы.

– Но я считала его верным Морэю?

– Так это и было, и он помог Морэю прийти к власти. Но Джон думает, что Гамильтон боялся, как бы Морэй не вознамерился физически устранить королеву, и не мог дать на это даже молчаливого согласия. Вот и помог ей ускользнуть. На него пала тень подозрения – хотя прямой опасности нет, все же он теперь отнюдь не в фаворе и далек от высшей власти. Джон считает также, что рождение дочери весьма разочаровало Гамильтона – Леттис также этим обеспокоена...

Джэн с минуту помолчал, а затем печально продолжал:

– Мама, ты, должно быть, знаешь о том, что тучи сгущаются? Ты ведь все время при дворе – какие там слухи?

Нанетта кивнула:

– Ты имеешь в виду визит Шотландской королевы? Да, слухи ходят. В частности, о ее возможном браке с милордом Норфолком. И даже о предстоящем восстании. Мы не пропускаем их мимо ушей – однако хотелось бы знать, сколь серьезна опасность. Верит ли хоть кто-нибудь, что мятеж в пользу этих двоих может привести к успеху?

– Они – не главное, мама, они – лишь повод. Мама, разве ты не понимаешь: что бы ни произошло со страной – а я надеюсь, что государыня достаточно сильна, чтобы перенести все – семья наша вот-вот расколется, как валун под ударом грома... Ведь трещина уже заметна. Ты – старая католичка, хотя и не папистка – но ты вне конфликта, поскольку все время при дворе и под надежной защитой. Но Пол – тоже истый католик, к тому же великий упрямец, хотя и предан королеве. Баттсы с каждым годом все ближе к протестантизму. Джейн и Иезекия заодно с Полом. Мэри и я – где-то посередке. И, конечно же, Леттис, замужем за протестантом. И, наконец, Джон и Мэри Перси – оба фанатичные паписты-католики, готовые сражаться за свою веру.

– Но, Джэн...

– Это правда! И не прячь голову под крыло!

– Но ведь Джон предан также и королеве!

– Был предан! Теперь он единая плоть с Мэри Перси и верный раб милорда Нортумберленда. Когда северяне выступят против королевы, чтобы посадить на трон католичку-Марию, они примкнут к восставшим! И что тогда будет делать Пол?

– Не понимаю...

Лицо Джэна стало пугающе мрачным:

– Пол в щекотливом положении: при дворе ты и Вильям, а он здесь служит католические мессы. Но он также заключил сделку с милордом Нортумберлендом: обещал оказать тому помощь в случае, если Джон станет супругом Мэри Перси. Думаю даже, что Пол за все эти годы об этом позабыл – но лорд Перси прекрасно помнит! Он призовет Пола на помощь – во исполнение уговора – а если тот откажется, то уничтожит его!

– Господи, спаси нас! – выдохнула Нанетта.

– Теперь ты все поняла, – сказал Джэн. – Измена королеве или измена Перси. И то, и другое может означать смертный приговор. Я не желал бы оказаться на месте Пола за все сокровища Индии!

Глава 11

К концу июля весь двор выехал на охоту – был разгар охотничьего сезона, к тому же приятно покинуть раскаленный Лондон. К этому времени слухи вполне оформились: якобы существует заговор против королевы. Когда вершился суд над королевой Марией, предлагалось выдать ее за Норфолка – и пополз слух, что они поженятся, а затем покажут зубки: убедят или принудят Елизавету признать их детей наследниками английского престола.