— …Мне повезло, что я нашел его. А еще говорят, пятизвездочный сервис…

Что-то в том, как они стояли, привлекло внимание Лиз. Неужели Пэт была права и между ними что-то есть? Да, Несс сжала тогда его ягодицу, но ведь она вдвое старше парнишки. Хотя в наши дни это уже ничего не значит… В ее памяти всплыли воспоминания о Тиме и «Иезавель» из Балдерсби. Нет, тут никогда не угадаешь.

— …однажды днем, когда он отправился в одну из своих вылазок, ему понадобились деньги на материалы. У меня с собой столько не было, и знаете, что он сделал? Довез меня до банкомата в Тирске…

Несс что-то сосредоточенно говорила, не умолкая, глядя на Льорета снизу вверх и одной рукой сжимая его рукав. А он… он беспокойно оглядывал нишу, устремив взгляд на лошадиные сбруи и коричнево-белые фотографии охоты в Дишфорте. «В ловушке», — подумала Лиз.

— …как голос из могилы. Это было через три месяца после похорон…

Теперь Несс дергала парня за руку, пытаясь привлечь внимание. Он посмотрел на нее с беспокойством, явно чувствуя себя загнанным, и она улыбнулась, убрав с его лица непослушную челку.

— …Мне очень повезло. Он сказал, что еще одна зима, и я мог бы потерять крышу…

Внезапно Несс рассмеялась, и Лиз вздрогнула: было в этом смехе что-то грустное, вызывающее и сердитое одновременно. Она напряглась, пытаясь расслышать разговор, но Брайан продолжал:

— …всегда найдется время для чашки чая. Он в восторге от моих историй о ВВС… Думаю, он специально находит для меня время.

Теперь Несс отвернулась, как будто не слушая, и замерла, оставив Льорета неловко стоять на месте.

— Подруга, — голос Келли-Энн четко прорезался через бар, который начал заполняться толпой. Люди возвращались с бумажными тарелками, наполненными кишем с беконом и фирменным сыром Джен Тевендейл. — Ты можешь попросить в баре счет?

Какое-то время Несс не двигалась, а затем неохотно повернулась и пошла к бару, сделав при этом огромный глоток просекко.

— Думаю, пришло время отважиться на фуршет, — предложил Брайан, вставая.

— Вы идите, — сказала Лиз. Келли-Энн наконец была одна; теперь можно пойти и выразить свои соболезнования.

* * *

Тельма и Пэт, очевидно, думали о том же. Им показалось естественным подойти к Келли-Энн вместе. Так они и оказались на табуретах перед кожаным креслом, в котором Келли-Энн сидела с несколько царственной улыбкой, которая, по их мнению, хотя и была любезной, но несколько натянутой и искусственной. Все трое улыбнулись в ответ.

— Это была прекрасная служба. — Как всегда, Тельма нашла именно те слова, которые хотели выразить подруги.

— Мама гордилась бы тобой, — добавила Лиз.

— Это же моя мама, — просто ответила Келли-Энн. — Я не могла иначе.

— Такие прекрасные цветы, — восхитилась Пэт.

— Итак, — сказала Лиз, — как твои дела? Я хотела тебе позвонить.

Келли-Энн выглядела усталой.

— Ну, вы знаете. Много всего надо было уладить.