В девять ноль-ноль на проходной стояла Людмила в парадном костюме. На стоянке дядя Паша делал вид, что разгружает багажник. Кристинку усадили на ресепшен, для виду. На всякий случай. Маску медицинскую на нее нацепили. Шорты повыше натянули, чтобы хотя бы попу прикрывали на тот случай, если встать придется. Антисептик на стойку выставили. Все таблички вывесили, ленты на пол наклеили.

Сам Анатольич сидел в своей квартирке и гипнотизировал взглядом телефон. Людмила обещала отзвонить как и что. По ситуации докладывать. Анатольич от ужаса допивал бутылку «Балаклавы», которую любила Кристинка. Шипучка, но качественная. Шибает сразу же.

На стоянке припарковался военный грузовик. Несколько солдат выскочили из кузова и принялись бодро выгружать ящики и коробки. Людмила лихорадочно соображала, как принято обращаться к военным. В голове отчего-то упрямо вертелось «честь имею», что совершенно не соответствовало моменту. Наконец из машины вышел мужчина, не в военной форме, в обычной одежде, но стало сразу понятно, кто тут главный.

– Куда нести? – спросил мужчина у Людмилы.

– Кого нести? – уточнила вежливо Людмила.

– Ну вот хотя бы этого. – Мужчина показал на солдатика, который вытащил из кузова здоровенного медведя. Точнее, сначала появились лапы медведя, потом его туловище. А дальше медведь застрял. Остальные солдаты залезли в кузов, и было страшно представить, что появится следом. Следом появились шары, привязанные к медвежьей лапе. Солдатик держал медведя, шары, которые норовили улететь, и еще один букет из шариков поменьше.

– Так, тут семнадцать шаров. Плюс запасные. На случай, если лопнет какой. Перед вручением пересчитайте, – отдал распоряжение мужчина.

– Слушаюсь, – ойкнула Людмила.

– Торт в холодильник, фрукты тоже. Арбуз пусть порежут и на стол подадут красиво. Дыню на ужин. И чтобы тоже красиво, а не ломтями, – продолжал командовать мужчина.

– Точно так, – заверила его Людмила. Хотела сказать «так точно», но от волнения перепутала последовательность слов. Она взяла коробку с тортом и прижала ее к груди. Если бы не коробка, грудь Людмилы непременно отпечаталась бы на сладком декоре.

В этот момент над головой пролетели два «стрижа».

– Ой! – Людмила на всякий случай присела. – Это что? К чему? Не война же?

– Учения, не волнуйтесь, – заверил ее мужчина, и Людмила тут же заволновалась и прижала коробку с тортом еще жарче, будто от этого торта зависела судьба не только учений, но и всего мира.

– Торт красиво вручить. – Мужчина говорил строго.

– Будет исполнено. Красиво, – ответила Людмила и хотела отдать честь, но руки были заняты. – А это у вас что? – Она заметила ящик, не заполненный фруктами.

– Мы тут постреляем немного, – ответил мужчина, и Людмила испугалась еще больше.

– По ним стрелять будете? – Она кивком показала на небо. «Стрижи» заходили на второй круг.

Мужчина только многозначительно хмыкнул.

– Ведите! – велел он.

– Куда? – ахнула Людмила, окончательно растерявшись.

– Для размещения. – Мужчина показал на то, что было выгружено.

Людмила, к счастью, очнулась, услышав знакомое слово. Размещать она умела. Торт вернула солдатику, поскольку пришлось придерживать калитку – ту давно требовалось смазать, да и починить не мешало бы.