Чую — век безотходного производства настанет очень скоро. По крайней мере у меня в Велье.

— Ваше Сиятельство, там сланцы привезли, аж десять возов. Их Благородие Селивёрстов полураздетым бегом примчался, чтобы спросить, где их выгружать? — доложил мне слуга.

— За дровяным складом. Там сарай под них готов, — зевнул я в ответ и лишь поморщился.

Пусть и по моему желанию, но новая забота приехала.

Так. Чего мне там не хватало? Кровельного материала и топлива? Считай, прибыло.

Сланцевый битум можно на рубероид пустить, а уж хорошему топливу применение всегда найдётся.

* * *

К чему приведёт увеличение объёма тканей в деревне? Казалось бы, ответ лежит на поверхности — если доступность ткани возрастает, это должно стимулировать швейное дело. Однако, если швея в состоянии за день пошить всего лишь условную пару наволочек, то хоть засыпь её тканью, а на третью у неё не хватит ни рук, ни сил, ни времени. В результате складывается парадоксальная ситуация и выясняется, что лишняя ткань в деревне вроде, как и не нужна никому.

Примерно об этом меня предупреждал Виктор Иванович ещё в Москве и, можно сказать, заставил задуматься о создании швейной машинки. К счастью, мне удалось выкупить и переправить в Велье двух часовщиков, которым я и собирался поручить изготовление машинок.

Для проживания семейке Ветлуевых выделили пустующий дом в деревеньке Алфёрково, что расположилась менее чем в трёх верстах от Велье. Что интересно, при выборе места проживания мы с Селивёрстовым руководствовались не близким расположением населенного пункта, а тем, что в деревне из пяти дворов живут одни бабы. Григорий Семёнович с сыном показались мне не глупыми людьми, так что надеюсь, они разберутся, как можно обратить в свою пользу проживание в своеобразном гареме.

Несмотря на скепсис и возражения Ларисы, первым делом я поручил Ветлуевым создать швейную машинку — степлер, для изготовления которой разрешил часовщикам обращаться в кузницу за помощью и материалами. Получилось так себе.

Нет, к Ветлуевым у меня не было никаких претензий — они сделали то, что я просил по моим же чертежам. Просто выяснилось, что степлером можно строчить только одежду для огородных пугал, да и то шов расползается, стоит только дёрнуть за кончик нитки.

— Я ведь предупреждала, что эта детская игрушка только однониточным так называемым «мешочным» стежком шьёт. Но кто же будет слушать девушку, — ворчала Лариса, после того, как увидела образцы швов. — У вас есть металл и люди, умеющие с ним работать, а вы пытаетесь создать китайскую игрушку. Исаак Зингер свою машинку в сарае за одиннадцать дней сделал, неужели вы, имея чертежи не в состоянии повторить его разработку?

Откровенно говоря, слова тульпы меня задели и спустя пару недель под моим чутким руководством Ветлуевы создали действующую швейную машинку, которая производила челночный стежок, известный моим современникам.

Да, машинка была несколько громоздка и мало походила на те, которыми строчили постельное бельё ещё наши бабушки, но она шила и при правильном выборе иглы отлично справлялась с любой тканью.

— По поводу иглы с ушком на острие и челнока — патентуйте их сразу, как только будет возможность, — заметил Виктор Иванович. — Иначе есть риск попасть на деньги, как это и произошло с самим Зингером. Тот использовал иглу, ранее запатентованную Элиасом Хоу, и в результате заплатил владельцу патента пятнадцать тысяч баксов, а в пятьдесят пятом году для Америки это были огромные деньжищи.

— Обязательно займусь этим вопросом, как только окажусь в Санкт-Петербурге или Москве, — согласился я с замечанием тульпы.

На вопрос, чем закончилась история с игрушечными швейными машинками, отвечу, что после минимальных доработок мы всё-таки решили их производить.