Десять и двадцать парили над сферой, отчаянно завидуя сидевшим в ней двуногим, не утратившим способности наслаждаться скоростью, тогда как для коцитан само это понятие века назад превратилось в абстракцию. Остальные Бесплотные кружились неподалеку. Материальная среда не составляла для них препятствия, будь это глина, вода, камень или металл. Ни один природный или искусственный материал не мог замедлить продвижение бестелесных сгустков мысли, в которые превратились бывшие хозяева планеты.

Движение было для них одним из способов существования и размышления. Оно не доставляло им радости, как не доставляло ее и отсутствие препятствий на пути. Все равно в конце этой драмы их не ожидало ничего хорошего.

— Прошу прощения, — объявила все еще прихрамывающая Мэгги Роббинс, когда трое землян вновь вступили под высокие своды подземелья на центральном острове.

— За что? — поинтересовался Лоу, украдкой любуясь девушкой, успевшей за время поездки привести себя в порядок.

— Я вам уже говорила. За то, что убежала от вас. Решила проявить самостоятельность. Упрямая дура! Всю жизнь была упрямой дурой. Просто мне до сих пор всегда везло. Везло в джунглях Юкатана, везло в Буркина-Фасо, везло в Туркменистане.

Бринк покачал головой, явно не соглашаясь с такой оценкой.

— Вы себя недооцениваете, Мэгги. Везение — это прекрасно, но вы еще отлично делаете свою работу, разве не так?

— Ну да, отлично, как же, — возразила Мэгги, решившая, похоже, до дна испить чашу самоуничижения. — Особенно в музее. Если бы вы двое не пришли на помощь, я сейчас, наверное, была бы уже частью скушанного крабопауком десерта. Или он сотворил бы со мной что-нибудь такое, о чем и помыслить страшно. — Ее передернуло от омерзения при воспоминании об объятиях монстра.

— Мы двое — это верно. — Лоу со значением посмотрел на Бринка, сделав ударение на слове «двое».

Мэгги сразу встрепенулась, почуяв неладное. Лоу вообще сомневался в том, что журналистка может долго оставаться в подавленном состоянии. Самые тяжелые невзгоды и потрясения не могли глубоко затронуть ее душу. У нее был другой склад ума — живой, деятельный и оптимистичный.

— Нет, я не стану отрицать, меня всегда выручало только везение. Одна из причин, по которым мне обычно удавалось добиться успеха, состоит в том, что я путешествую в обществе самых лучших профессионалов и самых надежных людей, каких только возможно отыскать. К вам двоим это тоже относится. Так что, пока со мной ничего больше не случилось, разрешите от всей души поблагодарить вас, друзья!

Она приподнялась на цыпочки и поцеловала Лоу. Это был не долгий любовный поцелуй, но и не мимолетный мазок губами по щеке. Пока астронавт торчал с глупым видом посреди зала, пытаясь привести в порядок свои чувства, Мэгги хладнокровно обогнула его, подошла к Бринку и проделала с ним то же самое.

— Эй, да что это с вами такое, парни? — притворно удивилась Мэгги, покончив с выражением благодарности. — Для вас, может, спасение моей жизни ничего не значит, зато для меня оно значит очень многое. Людгер, а вам должно быть стыдно. Разве не я предоставила вам возможность изучить еще одну форму жизни на этой планете? — Прежде чем Бринк успел что-то ответить, девушка снова повернулась к Лоу: — Что же касается вас, коммандер, я помню ваши слова о служебных обязанностях.