–    С чего связался с теми троими?

–    Они вступились, не дали замокрить на зоне. А на воле я у них пару раз стоял на шу-хере. Они по мелочам работали. А я клюнул на обещание. Но зря. Эти слова не держат, не сто¬ит с такими кентоваться.

–    Знаешь что, Толян, сведу я тебя с людь¬ми. Они на ноги поднимут. А дальше сам уви¬дишь, что надо делать. Захочешь, у них оста¬нешься. Коли домой решишься, то держать не станут. Ночью тебя увезут попуткой. Здесь тебе оставаться опасно. Люди на погосте долго не бывают. Задержишься на неделю, под подозре¬ние попадешь. Врубился?

Вечером, когда совсем стемнело, Аслан от¬правил беглеца с машиной в город. Но Толяну не повезло. Водитель поверил, что везет нату¬ральную бабу и полез к ней под юбку. Толик отмахивался изо всех сил. И тогда на подъезде к городу сбросил его шофер с моста в реку вниз головой. Человек упал на крепкий лед. Не по¬мог платок. Толик сразу разбился насмерть. Во¬дитель даже не оглянулся.

А по городу с утра поползли слухи, что на¬шли на льду реки странный труп. Сам мужик, а одет в бабье. Никаких документов при нем не оказалось. Кто сбросил с моста или сам упал, не удержавшись на льду, никто не понял. Ни крови, ни синяков на теле человека не обнару¬жили. Он был и не был...

По телевидению три дня показывали фото мужика, но его не опознали зрители, никто не назвал не знакомым, не родственником.

Так и похоронили человека в самом начале Колымской трассы, где погребали всех случай¬ных и безымянных. Его никто не пожалел вслед. Ушел загадкой, как уходили здесь мно¬гие, чуть дальше тех, кого называли колымчанами...

Аслан уже собрался в дорогу, домой. Он ожи¬дал только Варю для последнего разговора. Как считал, этот разговор нужен обоим. И с нетер¬пением ждал утра. Едва оно наступило, чело¬век приготовил завтрак, тщательно побрился, умылся, сел у окна. А вскоре появилась и сама хозяйка.

–    Ты уже отделался от гостей?

–   Да, распихал кого куда. По моему у них все благополучно. Все устроены, и я могу спо¬койно уезжать. Пора! А то я зажился у тебя, чувствую, что изрядно надоел.

Варвара ничего не ответила, позвала Султа¬на, дала ему свежего хлеба, села к столу.

–    Варь, хочу поговорить с тобой напос¬ледок.

–    О чем? – глянула пронзительно.

–    Мы с тобой оба взрослые, самостоятель¬ные люди. Оба битые жизнью, немало пере-жившие и одинокие. А впереди у нас старость. Не знаю, как ты, я с тревогой жду ее. Ста-рость– не подарок, для одинокого и вовсе испытание возрастом. Начнутся всякие болез¬ни. Вдвоем их легче одолеть. Как думаешь? К тому же климат, в каком живешь, хуже любо¬го наказания. О нем даже вспомнить жутко. Ска¬жи, разве я неправ?

–    Ну, это кому как. Я не сетую.

–    Как собираешься жить дальше?

–    Меня все устраивает,– ответила спокойно.

–    Это пока нет выбора.

–    Ошибаешься, он был всегда.

–    Какой?

–    Перечислять долго.

–    А ты что предпочла?

–    Колыму!

–    Варя, это не место для жизни, короткая экзотика и не более. Я предлагаю конкретное.

–    Что именно?

–    Стать моею и уехать навсегда на Кавказ.

–    Я тебе еще вчера все сказала. Зачем по¬вторяться.