–    Да что дети. Я вон уже в возрасте, а к кон¬фетам тянет, как маленькую. Это от того, что в детстве не добрала. И не только я. У нас ста¬рухи и то этим страдали. Угостят какую нибудь как на смех леденцом, она затолкает в беззу¬бый рот и сосет до ночи. С ним чашек пять чаю выпьет. И радуется, хоть немного сладости, пере¬пало.

–    Когда в прокуратуру пришел работать, все никак не мог понять, зачем люди воруют. Ведь за это жестоко наказывали. А потом узнал, как голодают, особо на зоне. И труднее всех прихо¬дилось детям. Много их умерло от голода уже на зоне. Не дожили до воли. От истощения погиба¬ли. На них, на мертвых, смотреть было страшно.

–    Мне мамка рассказывала о взрослых. Они за кусок хлеба на многое шли. Теперь о том вспоминать не хочется. Как унижали людей, глу¬мились над бабьем. Мать говорила, как старый начальник охраны за кусок хлеба издевался над женщинами, насиловал молодых девчат. И они молчали. Хотя он по возрасту им в деды годил¬ся. Сами охранники не лучше были.

–    А начальник зоны что вытворял! Мне о том рассказывали, когда все уже уходили из зоны навсегда. Был у нас следователь – Семен Терехин, вот он много знал. Так и ляпнул:

–    Если нам нужно опасаться толпы, то по¬чему о руководстве зоны не вспомнят. Вот кому достанется, если дело до серьезной разборки дойдет. Им вспомнят всех и живых, и мертвых. Ведь все не скроешь, что то просочится и тогда конец всему. Стоит потянуть клубок, дальше сам покатится.

–    Игорь, а теперь тебе страшно?

–    Нет, Варя, я отбоялся и за жизнь уже не держусь. А потому, страх прошел.

–   А что стало с руководством зоны?

–    Большинство отправили на пенсию. По¬советовав пожить года два в глуши. Других рас¬совали по неприметным должностям, отправи¬ли в другие города. Многие даже фамилии по¬меняли. Боялись родителям писать. Это у кого много всякой грязи на руках, кто много горя принес зэкам.

–    А было, что люди ловили кого то из пре¬жних работников зоны?

–    Случалось всякое...

–    На зоне кого только не ловили. Охрану в первую очередь. Вламывали не жалея. Как и они. Караулили начальника зоны и спецчасть. Но те хитрыми оказались. Особо начальник зоны. Тот в медика переоделся и выехал за ворота сквозь толпу родственников. Спецчасть ночью сбежала. В воронке уехали под охраной и с оружием наготове. Но в два часа ночи нико¬го не было, и выехали свободно.

–    Повезло им,– хохотнула Варя.

–    Но подловили зама начальника зоны. На толпу напоролся.

–    И что ему сделали?

–    В клочья разнесли.

–    А куда сам начальник зоны спрятался?

–    Этот сразу в Москву смылся.

–    Ого!

–    У него там квартира имелась на всякий поганый случай. По моему, он и теперь в ней живет. Говорят, уже вылезать из нее стал по¬немногу. Даже в театры с женой ходит. Но и с охраной. Одному пока страшно. Все же приловить могут ненароком.

–    А он работает где нибудь?

–    Зачем? Он себя давно и надолго обеспе¬чил. Сталин за всеми не углядел бы, да и умер давно.