— Отличная работа, мистер Диллон, — воскликнул Джек, как только Джеймс поднялся на борт, помогая перелезть человеку в рваном иноземном мундире. — Судно попыталось скрыться?

— Попыталось, сэр, — отвечал Джеймс. — Позвольте представить вам капитана французской королевской артиллерии Ля Ира. — Оба сняли шляпы, поклонились и пожали друг другу руки.

— Счастлив познакомиться, — произнес по-английски Ля Ир низким, глубоким голосом, на что Джек ответил по-французски:

— Domestique, Monsieur.

— Шнява была неаполитанским призом, сэр. Капитан Ля Ир сумел возглавить французских роялистов из числа пассажиров и итальянских моряков и держал призовую команду под контролем, пока мы шли наперерез, чтобы захватить сетти. К сожалению, тартана и второй сетти находились слишком далеко на ветре от нас к тому времени, когда мы овладели судном, и они сбежали к побережью. Теперь они находятся под защитой береговой батареи в Альморайре.

— Вот как? После того как доставим пленных по назначению, мы заглянем в эту бухту. Пленных много, мистер Диллон?

— Всего лишь человек двадцать, сэр, ведь команда шнявы — наши союзники. Они направлялись в Гибралтар.

— Когда их захватили?

— О, это был отличный приз, сэр. Захватили их восемь дней назад.

— Тем лучше. Скажите, были у вас какие-то трудности?

— Нет, сэр. Если и были, то очень незначительные. Мы оглушили двух из призовой команды, да еще произошла легкая стычка на борту сетти. Один матрос застрелен из пистолета. Надеюсь, у вас все было удачно, сэр?

— Да, да. Ни одного убитого, никто серьезно не ранен. Француз бежал от нас слишком быстро, чтобы причинить нам значительный ущерб: он проходил четыре мили, пока мы делали три, и это даже без своих бом-брамселей. Удивительно быстрое судно.

Джек заметил, что по лицу Джеймса Диллона пробежала тень сомнения, или она послышалась ему в его голосе. Однако в суете дел, которыми нужно было заняться, осмотрев призы и разобравшись с пленными, капитан смог определить, что так неприятно поразило его в Диллоне, лишь два-три часа спустя, когда впечатление это в нем укрепилось, во всяком случае стало почти определенным.

Капитан находился у себя в каюте. На столе была разложена карта мыса Нао, на массивном южном побережье которого выделялись уходящие в море мыс Альморайра и мыс Ифач, они образовывали бухту, в глубине которой находилась деревушка Альморайра. Справа от него сидел Джеймс, слева — Стивен, напротив него — мистер Маршалл.

— …Кроме того, — продолжал Джек, — доктор сообщил мне слова испанца, что на втором сетти находится груз ртути, спрятанный в мешках с мукой, поэтому мы должны быть особенно осторожны с ним.

— Ну еще бы, — произнес Джеймс Диллон.

Джек пристально посмотрел на него, затем на карту и рисунок Стивена, на котором была изображена небольшая бухта с деревушкой и квадратной башней внизу. Невысокий мол выдавался в море ярдов на двадцать или тридцать, затем поворачивал налево и тянулся еще на полсотни ярдов, упершись в скалу. Таким образом, гавань была защищена от всех ветров, кроме юго-западного. От деревни до северо-восточной точки бухты шли крутые скалы. С другой стороны песчаный берег тянулся на всем протяжении от башни до юго-западной точки бухты, где вновь вздымались скалы. «Уж не решил ли этот малый, что я струсил? — подумал Джек. — Что я оставил преследование, опасаясь быть раненым, и поспешил вернуться за призом?» Башня господствовала над входом в гавань.