|
И врач наш, мистер Рэдклифф, говорит, что проблем со здоровьем у дока не было. Во всяком случае, таких, из-за которых можно взять и отбросить коньки на рыбалке. – С доктором мы тоже побеседуем, – заверил его Шон. – Пока что нас интересует ваше мнение. Значит, вам смерть доктора Харриса показалась странной? Эшбоу посмотрел на него как на идиота. – Мне все в этой истории кажется странным, мистер Маккормик. У меня такая работа – всех подозревать и видеть шпионов там, где другие видят добропорядочных граждан. Но формально подкопаться не к чему: Харрис поехал на рыбалку, как ездил до этого уже раз сорок. У него было два излюбленных места, и озеро Сильвер-Лейк – одно из них. Никаких следов на теле коронер не обнаружил… – Постойте, – прервал его Ковальски, – а что у Харриса было с лицом? – С лицом? – На мгновение Эшбоу замялся. – Лицо действительно пострадало. Но откуда… – На фотографиях, сделанных коронером, видно, что мистера Харриса изрядно обглодали рыбы. Пострадало только лицо? – Еще пальцы, – неохотно признался Эшбоу. – Вот видите, Дон, – перехватил инициативу Маккормик. – А вы говорите – никаких следов. Что, если Харрису сделали инъекцию в палец? – Или в нос, – добавил Ковальски. – Как вы себе это представляете? – ощетинился Эшбоу. – Духовое ружье, например, – пожал плечами Маккормик. – В него могли выстрелить отравленной стрелкой. Погодите возражать, я сейчас просто пытаюсь показать вам, что даже самые безумные предположения нельзя отметать с порога, когда речь идет о национальной безопасности. Вы напрасно боитесь показаться параноиком – в такой ситуации это лучше, чем быть равнодушным формалистом. Эшбоу тяжело поднялся из-за стола. На лысине его блестели капельки пота. – Вам виднее, джентльмены. У вас такая работа. Если Харриса действительно убили, найдите тех, кто это сделал, и арестуйте. Но пока у вас не будет доказательств… мне бы очень не хотелось, чтобы смерть доктора Харриса стала темой для сплетен. И Маккормик, и Ковальски прекрасно поняли, что хотел сказать начальник службы безопасности HAARP. Территория проекта охраняется так, что даже полярной лисе не проскочить мимо электронных датчиков незамеченной. Значит, Харриса убил кто-то из своих. А это означает, что Эшбоу плохо выполняет свою работу. Руководство проекта вполне могло сложить два и два, после чего одышливый лысоватый начальник службы безопасности наверняка лишился бы своего места. – Не волнуйтесь, Дон, – успокоил его Маккормик. – Лишняя шумиха вокруг этого дела нам тоже ни к чему. Но мы на вас рассчитываем. – Обещаю оказывать вам всяческое содействие, – с облегчением откликнулся Эшбоу. – Тебя ничего не насторожило? – спросил напарника Буч, когда они вышли из административного корпуса. – Мне он просто не понравился, – буркнул Ковальски. – Старый пердун, дрожащий за свое кресло. – Это не преступление, – возразил Маккормик. – А вот то, что он сказал «найдите тех, кто это сделал», меня заинтересовало. Почему он так уверен, что убийца действовал не в одиночку? Ковальски подумал. – Ну, положим, он вообще не уверен, что это было убийство… – Но допускает, что если Харриса убили, то это сделал не один человек. И это чертовски странно. Похоже, наш лысый друг знает больше, чем говорит. Некоторое время напарники шли молча. Потом Ковальски сказал: – Хорошо бы поговорить с кем-то, кто не так боится потерять работу. – Дельная мысль. Если бы у Харриса тут были друзья, надо было бы расспросить их. Беда только в том, что нашего клиента все считали социопатом и с друзьями у него было негусто. |
