|
Не знал он, и каким был дар Бабочки – но, судя по событиям прошлой ночи, предмет как-то изменял внешний облик человека. Когда Катарина сняла с себя цепь с фигуркой, она превратилась в нордическую блондинку. Чертовы фигурки, подумал Андрей. Паук таинственного индуса, Кролик Марго, Единорог Кирсана Илюмжинова, Морской Конек телохранителя Беленина, Орел Свиридова… Все они приносили в жизнь Гумилева только беды или, в крайнем случае, большие проблемы. И вот теперь еще Бабочка. Какими бы способностями ни наделяла она свою хозяйку, плохой новостью было уже то, что обитатели базы «Туле» знают о предметах и их свойствах. Он сжал фигурку в кулаке, словно ожидая от нее ответа на незаданный вопрос. Фигурка молчала. Не было ни ощущения пробежавшего по руке тока, ни тепла, ни холода. Просто мертвый, гладкий на ощупь металл. Подумав, он положил цепь обратно. Пусть Катарина думает, что он ничего не заметил. В спальню он возвращаться не стал. Приехав в свой офис на проспекте Вернадского, Гумилев, не поднимаясь к себе на пятидесятый этаж, сразу же зашел к Саничу. – Подготовь комнату «Д», – распорядился он. Комнатой «Д» на жаргоне безопасников называлось специальное помещение, экранированное от любых прослушивающих устройств, сколь бы хитроумными они ни были. Такие комнаты имеются в посольствах и генеральных штабах. В корпорации Гумилева комната «Д» находилась на минус третьем этаже, расположенном на глубине пятнадцати метров под землей. Когда Санич доложил, что все готово, Андрей молча кивнул на сейф, стоявший в углу кабинета. Начальник службы безопасности понял его без слов: открыл кодовый замок и извлек ресивер, похожий на небольшой DVD-проигрыватель. – Я буду работать один, – сказал Гумилев, забирая у него прибор. – Проследи, чтобы никто не беспокоил. Если Санич и удивился, то ничем этого не показал – его лицо оставалось все таким же улыбчивым и добродушным. – Конечно, Андрей Львович, – кивнул он. Перед тем как войти в комнату «Д», Андрей вынул из карманов айфон, запасной комплект ключей от машины, электронный ключ от дома и снял пояс, в пряжку которого был вмонтирован GPS-передатчик (по настоянию Санича он носил такие передатчики постоянно: с их помощью служба безопасности могла определить его местонахождение в случае похищения), сложил все это в пластиковый контейнер и запер в металлический ящик. Затем снял туфли, надев мягкие войлочные тапочки, наподобие тех, которые выдают в некоторых музеях. Открыл тяжелую дверь, обшитую пластинами стали и свинца, проложенными пористой резиной, и вошел в комнату «Д». Обстановка здесь была самой аскетичной – четыре голые стены, стол и три обитых кожей вертящихся кресла. Единственной уступкой комфорту был маленький холодильник «Электролюкс» с запасом минеральной воды и кока-колы. Секретари в комнату «Д» не допускались, и в тех редких случаях, когда здесь велись сверхсекретные переговоры, их участники брали напитки из холодильника сами. Гумилев достал бутылку «Перрье», поставил ее на стол и включил ресивер. Когда спустя полтора часа он закончил слушать запись, бутылка все еще оставалась нетронутой. Запись от 15 июля 2011 г., время 21.45–23.20 Собеседников двое: Михаил Борисович Беленин и его гость, китайский биолог Чен. Чен: Добрый вечер, Михаил Борисович. Рад видеть вас в добром здравии. Беленин: Здравствуйте, господин Чен. Простите, что заставил долго ждать. Ч.: Ничего, я с пользой провел время. Читал российскую прессу. Б.: И как ваши впечатления? Ч.: По-прежнему главный вопрос – кто из тандема пойдет на выборы, Путин или Медведев. Б.: А вы как полагаете? Ч.: Я полагаю, что наша задача – помешать им обоим. Вы уже общались с нашим американским другом? Б. |
