Кейт задумчиво смотрел на обеих девушек, которые время от времени, как бы невзначай, обменивались ласковыми прикосновениями и соответствующего содержания взглядами. Горничная то и дело косилась на него и лукаво ухмылялась. Кейту было страшно неловко, но он терпеливо продолжал играть роль утомлённого и скучающего мужа.

    Закончив расчёсывать волосы Джейн, горничная спросила у неё, присылать ли слуг, чтобы вынесли воду.

    -  Нет, Марыля, не надо, - сказала Джейн. - Завтра. А поднос забери. Оставь только мясо, хлеб и вино. - И уже Кейту, по-английски: - Дай чаевые.

    Кейт достал пару мелких монет и, когда Марыля подошла к столу, чтобы забрать поднос, сунул их ей в руку. Девушка благодарно улыбнулась:

    -  Спасибо, господин, вы очень щедры. Вам ничего не нужно?

    «Парочку Конноров, - подумал Кейт. - А можно и одного…»

    -  Ещё немного клубники, - сказал он вслух. - И передай хозяину, что завтра я хочу встретиться с его племянником Милошем.

    -  Будет сделано, господин.

    Когда горничная ушла, Джейн сказала Кейту:

    -  Я вижу, у тебя прогресс. Только что ты совершенно правильно, без единой ошибки, построил целое предложение.

    Кейт хмыкнул:

    -  А я и не заметил.

    -  В том-то и весь фокус. Это называется интенсивным вхождением в языковую среду. Мы с тобой получили неплохую подготовку, у нас большой словарный запас и хорошее знание основ грамматики, но прежде не было практики общения. Зато теперь этого общения у нас навалом, и мы быстро усваиваем практические навыки, учимся формулировать свои мысли «на лету» - сразу по-славонски, а не переводя их с английского. Правда, произношение у тебя отвратительное. Но тут уж ничего не поделаешь, ты начисто лишён музыкального слуха. Видно, в детстве тебе медведь на ухо наступил… - Джейн поднялась со стула и подошла к кровати. - Отвернись, Кейт. Я хочу одеться и лечь.

    Кейт встал с кресла, пересёк комнату и зашёл за перегородку. Он услышал шелест упавшей на пол простыни, а вслед за тем раздался голос сестры:

    -  Всё-таки решил помыться?

    -  Нет. Только руки и лицо.

    -  Там в тазике есть чистая вода…

    -  Вижу.

    Помыв руки и умывшись, Кейт спросил, можно ли выходить. Джейн ответила утвердительно. Тогда он погасил все свечи за перегородкой и вернулся на своё прежнее место. Сестра лежала в постели, по пояс укрытая одеялом. На ней была шёлковая ночная рубашка, украшенная кружевами и затейливой вышивкой. Хотя в гардеробе Марики преобладало бельё из их родного мира, Джейн ещё в замке пришла к решению, что ей лучше одеваться во всё здешнее.

    -  Так что получилось с Ковачем? - спросила Джейн.

    -  Ну, встретились, поговорили, я передал ему пакет. - Кейт разочарованно вздохнул. - Но он, к сожалению, не Коннор. И ничего не знает о Коннорах.

    -  Ты точно в этом уверен?

    -  На девяносто девять и девять десятых процента.

    -  А одна десятая?

    -  Я оставил её для сомнений. Хотя я сильно удивлюсь, если окажется, что он Коннор или хоть что-то слышал о них.

    -  Откуда такая уверенность?

    -  Мы беседовали больше трёх часов. Кажется, я ему понравился; да и он пришёлся мне по душе. Хороший человек - умный, честный, порядочный. По-своему хитрый - но не лукавый.