Человек просто внезапно появился. Из ниоткуда.

Двенадцатый сфокусировал на нем взгляд.

– Вы бог? – почти парализованный ужасом, он с трудом управлял своим органом речи. – Вы Аполлон?

Человек‑бог не отвечал. Двенадцатый увидел, что щеки и подбородок незнакомца покрыты короткими серыми волосами, а глаза обведены красными кругами.

– Дело было сделано, – сказал он. – Эксклюзивный контракт с Компанией. Поставки товаров с Безеля на Тринчерас и Маскарад. Работа на годы вперед.

Тело незнакомца начало дрожать, на нем появились полосы интерференции. Двенадцатый подумал, что это какое‑то супероружие, и приготовился к аннигиляции.

– Но я решил отпраздновать. Пошел в «Ростов» и закатил вечеринку. Обрадовался и потерял осторожность. Забыл, что мы больше не друзья.

Тело божества вновь стало непрозрачным.

– Я многим рассказал о своей удаче. Один из них сообщил Марко де Соаресу. А может, я сам ему рассказал. Точно я не помню.

– Высокочтимый сэр, – сказал Двенадцатый. – Не обижайте меня. Я всего лишь слуга своей Возлюбленной.

Он сообразил, что бормочет на своем языке, но его скованный ужасом мозг не справлялся с переводом.

– Вероятно, он сразу вернулся на «Абразо» и предложил Компании свои услуги. Объяснил, что его пять судов успешнее справятся с задачей, чем один мой корабль, – бог покачал головой. – Черт бы побрал этого человека.

Его глаза смотрели прямо на Двенадцатого.

– Именно это я хочу сказать.

Понимание обрушилось на Двенадцатого, словно удар молнии. Бог пытался передать ему важную информацию. Он обязан все это запомнить.

– Я внимательно слушаю, дорогой сэр, – сказал он. Его сердца стучали сильнее, чем ритмы Возлюбленной.

– Я не могу винить Марко де Соареса, – сказал бог. – Он действовал в интересах своих людей. Он противостоит Сообществу, как и все мы. Просто, больше никому верить нельзя, особенно Марко де Соаресу.

Божество указало пальцем на Двенадцатого.

– Держитесь подальше от Марко де Соареса и его семьи. Они предатели.

– Да, высокочтимый сэр.

Единственные люди, которым можно верить, находятся на борту «Беглеца». Верьте Юби и Марии, и мне. Больше никому.

– Вас понял, сэр.

Последовала долгая пауза. Влага потекла из глаз бога. У Двенадцатого создалось впечатление, что бог устал.

– Лучше бы я держал рот закрытым. Теперь для нас наступят тяжелые времена. Если бы не моя ошибка… то мы… мы… – бог несколько раз беззвучно открыл и закрыл рот, его плечи тряслись.

Затем бог двинулся к Двенадцатому. Двенадцатый отпрянул и вжался в кресло, но рука бога исчезла прямо перед его глазами. Цветные полосы опять пробежали по телу бога, и он исчез.

Двенадцатый широко открыл глаза от удивления. Он вновь посмотрел на коммуникационную панель. Видеопроектор не был включен.

Бог больше не появлялся.

Станция Безель медленно плыла во тьме, и холодный красный свет солнца оставлял длинные пурпурные полосы на ее вращающейся поверхности. Яркие звездочки окружавших станцию космических кораблей казались деталями какой‑то сложной трехмерной головоломки. Между ними сновали серебристые искорки челноков. Устроившись в навигаторском кресле, Мария наблюдала за приближением станции. Юби направил «Беглеца» к грузовому причалу.

Раньше, когда Безель находилась на краю освоенной человечеством области космоса, ее главная база имела форму тора, как на Анжелике, но постепенно, разрастаясь, становилась более вытянутой и плоской, пока не приняла форму диска. Создание Сообщества замедлило рост базы Безель, но к этому времени она уже приобрела важное значение и стала крупным транспортным узлом.