– Уничтожьте кощунственные мысли! Да, уважаемый командор!

– Отлично, – Юби повернулся к пульту и нажал несколько клавиш.

– Я стер его.

– Благодарю вас, уважаемый командор.

Двенадцатый вспомнил о фильме и вздрогнул. Он ощущал торжество от мысли, что способствовал избавлению мира от такого ужасного зла, но что‑то все же беспокоило его.

– Уважаемый командор, – произнес он. – А почему остальные не помешали этому безумному поступку?

– Какие остальные?

– В фильме. Женщины, которые пели и били в барабаны. Разве они не родственники той, которую убили?

– Это хор, Двенадцатый. Они не вмешиваются в происходящее, а только комментируют.

Двенадцатый задумался над этим утверждением.

– Тогда они тоже грешны. Они обязаны были вмешаться.

– Понимаете… хор – это олицетворение обычных людей. Обычные люди не могут победить все зло этого мира.

– Убийство происходило прямо перед ними. Они совершили грех, когда не предотвратили его.

Наступило молчание.

– Двенадцатый, – наконец произнес Юби. – Мне кажется, что вам больше не стоит смотреть фильмы.

– Согласен. Мои мысли могут быть заражены злыми богами.

– В следующий раз лучше слушайте музыку.

– Хорошо, уважаемый командор. Я последую вашему совету.

Они оставили Двенадцатого наедине с его мыслями. Он ощущал удовлетворение от того, что помог уничтожить скверну.

Он был уверен, что Возлюбленная была бы довольна.

– Никогда бы не подумал, что проведу несколько часов, обсуждая с инопланетянином вопросы теологии и этики, – сказал Юби. – Господи Иисусе!

– Священный институт материнства, – произнесла Мария. – Мне это нравится.

Юби убрал наушники и видеопроектор и потянулся.

– Теперь все сведения о классической драме хранятся у меня в голове. Интересно, зачем они мне?

– По крайней мере, наш пассажир не умер.

– Как ты думаешь, что произойдет, если Двенадцатый решит, что мы заражены мыслями Аполлона, и наши мозги представляют опасность для Возлюбленной?

Юби закончил спуск по лестнице и спрыгнул на пластиковый пол, наступив голой ногой на новую трещину. Он отступил назад и потер пятку.

Черт! Нужно заделать ее.

Прекрасная Мария спустилась вслед за ним и принялась расплетать свою толстую косу.

Юби направился в рубку.

– Я хочу уточнить наши координаты. Хорошо бы немного поспать перед следующим прыжком.

– Нет нужды торопиться.

Юби почувствовал растущее раздражение.

– И тем не менее, я сделаю это, – сказал он, подошел к навигационному дисплею и взглянул на карту. «Беглец» приближался к цивилизации.

Мария молча расплетала косу. Он почувствовал, как она встряхнула волосами, и представил, как они рассыпаются по ее спине и плечам. Мария повернулась и пошла в холл.

«Все меняется, – подумал он. – Пропади оно все пропадом!»

15

Ненасытная сингулярность «Беглеца» жадными глотками пожирала световые годы. С каждым новым глотком черной дыры Юби ощущал, как усиливается его нетерпение, как будто каждый подпространственный прыжок заряжал его злостью и не находящей выхода энергией.

Казалось, он даже не нуждается во сне. Он бродил по «Беглецу» с сумкой инструментов, ремонтируя все, что только можно, и проверяя не использовавшиеся годами приборы. Он поставил заплату на трещину в полу под лестницей центрифуги, изучил список самых лучших адвокатов в системе Безель.