Мысли Кита путались. У него было ощущение, что он долго падал в ужасную черную бездну, а на дне нашел мягкие подушки.

– Рядом есть комната, – обратился Марко к Марии. За его спиной кофеварка издала свистящий звук. – Выкрашенная в голубой цвет. Это часовня. Подожди там Кита. Мне нужно поговорить с ним.

– Хорошо, командор.

Прекрасная Мария медленно поднялась с кресла Марко и двинулась к двери. Проходя мимо Кита, она ободряюще сжала его плечо. Он слабо улыбнулся в ответ. Дверь закрылась за ней.

Марко спрыгнул со стола, уселся в свое кресло и подвинув его вперед, повернулся к Киту.

– Мои поздравления. За последние несколько месяцев ты проделал большой путь.

– Благодарю вас, командор.

– На твоем месте я не стал бы думать, что так неотразим, – сказал Марко. – Полагаю, что она работает на Юби. Она здесь для того, чтобы шпионить за нами, а не из‑за твоих прекрасных карих глаз.

Кит во все глаза смотрел на старика. Марко хихикнул.

– Не стоит так удивляться, пилот. Держу пари, что Мария пытается проделать с тобой то же самое, что проделал с ней ты. Я собираюсь заключить с Кланом Ластр секретное соглашение, а Юби рассчитывает узнать подробности, – он удовлетворенно рассмеялся. – Наверное, он все еще думает, что сможет перехитрить меня. Не знаю, только, как. Он заблуждается.

Марко взглянул на Кита.

– Юби хотел бы половину, а не шестую часть, правда? Его действия заставляют меня считать, что он что‑то замышляет.

– Если вы так считаете, то зачем позволили Марии остаться?

Марко пожал плечами.

– Может, я ошибаюсь. Возможно, она здесь от отчаяния. Или потому, что так очарована тобой, что простила обман, – он опять хихикнул. – Кроме того, нам не помешает иметь на борту человека, которому принадлежит половина прибыли «Беглеца». Если она действительно разозлилась на Юби, то мы можем убедить ее подать в суд, чтобы получить контроль над «Беглецом». Тогда Юби будет слишком занят судебным процессом, чтобы вмешиваться в наши дела.

Он покачал головой и бросил на Кита короткий взгляд.

– Лучше, если Мария будет здесь, под нашим наблюдением. Она представляет собой половину мозгов Юби. Возможно, лучшую половину.

Кит похолодел. Он начинал понимать, куда клонит Марко.

– Вы хотите, чтобы я шпионил за ней? За своей собственной женщиной?

– Вовсе нет, – ухмыльнулся Марко. – Слава богу, она на нашем корабле. На борту девятнадцать человек, и в любую минуту мы будем знать, где она находится. Просто следует не позволять ей шпионить или осуществить какую‑нибудь диверсию. С этой минуты вся важная информация будет защищена паролем: навигационные файлы, контракты, система управления. Прекрасная Мария не получит к ним доступ. Мы не будем сообщать ей новые пароли, не разрешим появляться в рубке и кают‑компании, и не дадим управлять подпространственным прыжком на обратном пути к базе Эйнджел. Ничего.

– Марко, но ей же нужно что‑нибудь делать.

– Обслуживание и ремонт оборудования. Кухня. Только это.

– Пилоты этим не занимаются.

– Теперь будут заниматься. Она привыкнет. На «Беглеце» ей приходилось заниматься подобными вещами, – Марко сухо усмехнулся. – Это оставит ей массу времени для любви. У всего есть хорошие стороны – подумай об этом.

Кит посмотрел ему в лицо.

– Кто ей об этом скажет, командор?

Марко отвернулся к своему терминалу. Голос его звучал невнятно – казалось, его интерес к разговору угас.

– Никто не сделает этого лучше, чем ее мужчина.

Гнев бушевал в ней в течение нескольких дней, оставаясь постоянным фоном, поверх которого скользили ее мысли, как конькобежцы по льду.