Севшим от волнения голосом, он ответил, что будет ждать.

– Привет, Рик. – Мягкий протяжный голос Мак‑Джи, принесенный наконец бесконечным световым лучом, вызвал в памяти живой образ приземистого плотного астерита, смуглого, с раскосыми глазами, квадратным упрямым лицом, с неизменной короткой черной трубкой во рту.

– Так ты решил уйти из Интерпланет и присоединится к нам? Добро пожаловать в компанию Дрейк, Мак‑Джи и Дрейк! Ты нам очень нужен, Рик. Мы с твоим отцом вместе еще с довоенных времен. У нас хорошая команда. Но мы стареем, а у нас на подходе несколько грандиозных новых проектов, для которых нужна энергия молодости.

– За три минуты много не скажешь, Рик, поэтому я сразу скажу, зачем я звоню. – Далекий тихий голос заторопился, и Рику показалось, что слышит в нем усталость и возбуждение. – Что‑то произошло! Я покидал Обанию, с безрадостными вестями. Отец отчаялся построить эту металлургическую лабораторию – ну, ты знаешь, о чем я говорю – и он велел передать тебе, чтобы ты оставался в Интерпланет. Но за это время что‑то произошло. Кажется, все не так плохо сейчас.

Рик расправил плечи.

– Я не могу много говорить сейчас, – торопливо продолжал он. – Я прибываю в Палласпорт сегодня в двадцать один сто. Упакуй вещи, поцелуй свою девушку на прощанье. Нас с тобой ждет большая работа.

У Рика перехватило дыхание. Шелест световых помех напомнил ему, что Мак‑Джи находился на расстоянии сорока миллионов километров. Допотопной маленькой «Прощай, Джейн» потребуется около недели, чтобы покрыть эту дистанцию. Мак‑Джи никак не сможет приземлиться сегодня в Палласпорте. Рик отчаянно вслушивался в голос на другом конце.

– Ты потом поймешь, почему я не могу сейчас сказать тебе все, – заторопился Мак‑Джи. – Ты бы и не поверил. Но ты знаешь, что значит изолирующая подставка для металлургической лаборатории. Так вот работающая модель такой подставки ждет нас здесь, на объекте, который принимают за осколок взорвавшейся сити планеты. Нам осталось только выиграть гонку у всех остальных, кто стремится сюда. Включая капитана А.

Рик покачал головой, отчаянно протестуя. Их сейчас слышали шпионы всех государств Мандата. И открытого упоминания о подставках было достаточно, чтобы дать старт этой бешеной гонке. Мак‑Джи был не слишком осторожен.

– Вот это будет дело, – тараторил комически тонкий голос. – Но не сдавайся. Помни, что последний будет первым, а первый последним. Я могу даже прикинуться, что не звонил тебе, но не обращай внимания. Потому что подставка ждет нас. Нас ждут довольно необычные трудности, но я уверен, что мы все преодолеем. – Три минуты истекли, и Мак‑Джи поспешно заключил.

– Лучше ничего не отвечай.

Послушался щелчок, и оператор спросил:

– Хотите перезвонить, сэр?

– Что? – пробормотал Рик. – Нет, я не буду перехваливать.

Он положил трубку и сел, опершись локтями на кульман и тупо уставившись в стену. Ему непонятен был этот звонок, за исключением того, что это был открытый вызов для тех, кто знал истинную ценность изолирующей подставки. И хотя он знал, что Мак‑Джи никак не может прибыть сегодня ночью, и не имел девушки, которую он должен был поцеловать на прощание, он упаковал вещи и стал ждать.

7. УЗКАЯ ТРОПИНКА

Вечером того же дня, капитан Пол Андерс явился с докладом к Остину Худу. Отрывистый безликий голос секретаря, докладывающего о прибытии капитана, глухим эхом отдавался в длинном блестящем пространстве кабинета. Сухощавая статная фигура Андерса в черной гвардейской форме застыла в напряженном ожидании.