Дольше всех и громче всех, ругались наши отцы.

– Мне сказали, что на этом месте я могу найти Казаха! – Мелодичный девичий голос вырвал меня из пограничного состояния между сном и явью.

– Уже нашли… – Буркнул я, недовольно. – Чего надоть? Позырить? Или погладить? Али лясы поточить?

Ох уж мне эта великая российская реальность!

Для начала, я не Казах, а – Казахстанец!

– Фи, как вульгарно! – Дивчина сердито засопела. – Я считала, что вы такой…

– Бабочками какаю? – Хрюкнул я, не желая открывать глаза и расставаться с умиротворением. – Простите, но я предпочитаю жрать мясо. И желательно – много. А к мясу, я предпочитаю вино и еще мяса. Можно с васаби. Или горчицей. Так что бабочек нэма, звиняйтэ!

– Двигайся, мясоед! – Девушка мягким движением оказалась на капоте, рядом со мной, устраиваясь поудобней. – Сказала же, что все равно найду!

Пришлось делиться одеялом.

Попробуй не поделиться одеялом, с законной то супругой! Да меня же родные сгрызут за нее! Ага, а тесть, привычно покряхтит и разведя руками достанет бутылку настойки и за жизнь свою, в ближайшие пару часов, я не дам и ломанной копейки.

Но, это я утрирую, конечно.

– Опять тяжелый клиент? – Настя привычно ткнулась носом в плечо, согревая мою грудь своим горячим дыханием. – Или опять на "глубину" таскались?

Вот и что ей соврать, если вранье она чувствует похлеще полиграфа? Угораздило же меня жениться на детекторе лжи.

А с другой стороны, даже и не знаю…

Врать то совсем не хочется. За день так в этом искупаешься, что только она и вытаскивает, своей улыбкой и яркими глазищами, в которые проваливаешься, оставляя грязный мир далеко за порогом родного дома.

Повернув голову, вдохнул запах ее волос и закашлялся, открывая глаза.

Эта зараза снова покрасилась!

Как меняют девушку такие мелочи! Другой цвет волос, другая прическа, очки непривычного фасона и нетипичный покрой и цвет одежды, и все! Перед вами совершенно Иной человек. Нет, она снимет очки и одежду, вы узнаете ее по глазам и поцелую, но вот так, с пяти метров, вы пройдете мимо, будучи совершенно уверенным, что вам улыбнулась незнакомая красавица.

То, что я принял за футболку, оказалось оранжевым платьем.

Пока я рассматривал свою жену, она умудрилась взять и вульгарно заснуть у меня на плече! За пару минут!

Кошмар! Это насколько же я скучный человек, что женщина рядом со мной не спать хочет, а дрыхнет, самым наглым образом!

Ведь знает моя лапушка, что я очень люблю, когда она вот так спит…

И пользуется этим, беззастенчиво.

Да и устает она, если сказать честно, ничуть не меньше меня, а может и больше…

"Полярники" в контору "просто так" не берут. Пахать приходится на износ и излом. И папа с мамой дело даже не двадцать второе, а две тысячи двести тридцатое.

Может, накапать теще с тестем на мозги и "уйти" ее с работы? Ведь хотела же она пойти на второе высшее, желательно – экономическое. Вот и пусть и идет, учиться.

За наполеоновскими планами даже и сам не заметил, как задремал, а точнее – заснул, пользуясь теплым вечерочком и безмятежным синим небом, с пробегающими по нему легкими облаками.

Знаете, что погубит человечество?

Правильно – мобильники!

Мой разразился старым, добрым "Du hast" и небо стало не таким и синим, а облака и вовсе приобрели свинцовый оттенок: военная база стояла у меня на "руководство", гарантируя очередной геморрой, вместо романтического вечера, на который настроилась Настя.

– Труба зовет! – Федоров, как всегда был краток, точен и жесток.

Команда "Труба зовет" предписывала мне явиться с вещами на крыльцо конторы, без документов.