Масса, умноженная на скорость. Гибкость – умноженная на знание законов физики.

Бен не сводил глаз с девушки, вспоминая, как толстяк, с матами, в одиночку, перекантовывал неподъемный контейнер.

Вверх.

А потом, дождавшись, когда их преследователи устроятся у подножия горы – спустил его содержимое вниз, бросив, вдогонку, обычную гранату.

Ахнуло так, что спускаться пришлось по другой стороне холма, унося ноги от лесного пожара и едкой химической вони.

Что было в контейнере?

Олег, в ответ, лишь развел руками и сказал, слегка смущаясь: "Так, экспромт…"

– Ошишеть… – Восхищенно прошептал Никитос, упершись носом между прутьев решетки. – Просто… Ошишеть!

– Уши береги! – Толик попытался предостеречь своего друга от необдуманного движения, но опоздал буквально на мгновение.

Никитос, увы, к кошачьим не относился и правило "голова пролезет, значит и кот пройдет" было написано точно не про него.

Голова застряла между прутьев, вызывая одновременно и смех, и злость.

Смех у всех, кто видел данное чудо. Злость у начальства и того техника с болгаркой, которому этот самый прут пришлось пилить дважды – сверху и снизу, освобождая пустую, любопытную тыкву из стальных объятий решетки…

К сожалению, Аркану, кроме ошеломительного снопа искр и не видно то было.

А вот Валия забилась на лежак и закусив кончик одеяла и вовсю веселилась, наблюдая за мучениями своего ученика…

– … Мы предлагаем, выпустить всех Младших! – Старейшина рода Элорда выпятил вперед подбородок, давая понять, что совет Старейшин закончил свое длинное заседание и, озвученное им предложение – панацея от всех бед, на этом континенте. – Отпустить тагрисс, наложив запрет охоты в охраняемых договором, городах… За пять – семь лет все поселения, не имеющие охранных чар, будут уничтожены, оставляя в нашу пользу благодатные земли.

– Способ, проверенный… – Остальные Старейшины расплылись в улыбках, вспоминая континент, еще недавно называвшийся Австралия. Изголодавшееся поголовье Младших, спущенное на нем с поводка, вырезало население за неполных три года. Освободив урановые рудники от человеческого поголовья, две семьи, владевшие этим толи маленьким континентом, толи большим островом, замерли в недоумении, не понимая, зачем они это сделали.

Аборигены спокойно продолжали жить в гармонии с природой, орудуя бумерангами с всевозрастающей ловкостью. Младшие, наткнувшиеся на местного жителя, быстро превращались в хорошо выделанные шкуры. Новообращенные, "запущенные" в качестве пятой колонны, возвращались голодными, злыми и очень уставшими. Сами эльфы отнюдь не рисковали отправится в путешествие, даже в сопровождении Младших – слишком был велик риск увидеть, как в коврики сперва превращаются твои слуги, а потом и твоя собственная шкура оказывается натянутой на каркас барабана.

Новозеландцы, до одури любящие свои острова, ирландцы и шотландцы, привычные к тяготам, климату и тяжелому характеру своей бывшей "владелицы", замечательно приспособились и к новым хозяевам, внешне соглашаясь со всем, но продолжая жить по своим собственным правилам и законам.

Ирландцев, правда, попытались пробовать на прочность…

Больше глупых не было.

"Вон их сколько!" – Одернул себя Мудрейший, всматриваясь в лица Старейшин родов. – "Слишком много молодых, торопливых, раздосадованных. И – глупых!"

Огромный зал, уставленные в три ряда обыкновенными стульями, на которых расположились представители семейств – на последнем ряду, общин – на втором и Родов, на первом. У стены, на небольшом помосте, удобное кресло, с высокой спинкой, за которой, сейчас, прячется его новый ученик, ожидающий любой, даже самой малозаметной команды.