Окон нет. Только одна дверь и неудобные стулья, чтобы зады чесались, пока решаются бесконечные вопросы.

"Решения надо принимать быстро!" – Надпись над входом в старинный зал совещаний, расположенный совершенно непонятно в каком измерении.

"Решения надо принимать верно!" – Надпись над выходом.

Джаулин откинулся на спинку своего кресла и, прикрыв рот правой рукой, словно зевая от скуки, поинтересовался у притаившегося за троном ученика: "Что скажешь?"

– Одна такирра, в два три года, в зависимости от качества охотничьих угодий, приносит до семи щенков. – Саймон едва слышно пошевелился, устраиваясь на ученической подстилке поудобнее. – Будем считать по максимуму – семь. За семь десять лет организм такирры износится настолько, что рожать она будет ослабленных, а то и мертвых. Слабости будут передаваться по наследству, множится и Младшие, за пару поколений, станут обычными собаками, по своей сути. Зачистив часть территории, младшие начнут дохнуть от голода и слабости, плодя эпидемии и устраивая бойни, за самые лакомые куски – то есть, через те же два поколения мы получим совершенно неуправляемую массу, совершенно спокойно рвущую горло любому, кто окажется настолько слаб, что не сможет защититься. Людей же, такое решение, сделает только сильнее…

"Достаточно!" – Джаулин положил обе руки на подлокотники кресла, давая понять, что мнение ученика услышано наравне с мнением Старейшин.

Зал притих, пряча в карманы руки и заставляя тела напрячься – время откровения…

– Я утверждаю решение совета Старейшин! – Джаулин встал со своего места. – Совет принял решение. Исполните принятое решение!

Молодые старейшины, торопливые старейшины, глупые старейшины – расправили плечи и вытащили руки из карманов, оставляя в покое лежащие там предметы.

Бунт не понадобился.

Мудрейший, несмотря на то, что взял в ученики новообращенного, остался верен своему народу и законам своего народа.

Он выслушал обе стороны и принял решение, которое так необходимо его народу, открывая новый путь развития, раздвигая горизонты и…

Все, с трудом оторвали свои пятые точки от деревянных сидений и неторопливо поплыли к выходу, переговариваясь и гордясь самими собой.

Мир не перевернулся оттого, что за троном встал ученик, которого никто не ждал. Что же, даже "Отброшенный" имеет право почувствовать себя значимой фигурой. Тем более что подходы к этому "Скиллису" есть, и никто не помешает избавиться от него, любым доступным способом.

Едва за последним из совета закрылась входная дверь, Мудрейший со стоном рухнул обратно в кресло, вытягивая ноги и сдергивая с них магией, тяжелые, черные сапоги с золотой вышивкой и меховой оторочкой.

– Жмут, проклятые… – Пошевелив пальцами, маг с наслаждением сунул ноги в простые сандалии, без пятки и носков, принесенные добросовестным учеником, без малейшего напоминания. – Удивлен?

– Решение Мудрейшего – неоспоримо! – Секретарь склонил голову, пряча блестящие от злости, глаза. – Вы заметили ошибку, которой не заметил я, учитель…

– Выпрямись. – Джаулин, не чувствуя на ногах тяжелейших церемониальных сапог, на глазах добрел, превращаясь именно в то существо, которое и стоило называть "Мудрейшим". – Тагриссы начнут дохнуть уже через пять лет. Люди объединятся за три, и прокатятся волной, устанавливая новые границы и сметая со своего пути торопливых и глупых. Через десять, пятнадцать лет состав заседающих в этой комнате эльфов претерпит значительные изменения. Скорее всего, появятся на нем, представители и твоего вида.