На этом можно было и отваливать в сторону, но посторонний звук привлек внимание морпеха и вскипело его ретивое, потянулась рука за автоматом, отправляя на тот свет пятерку новообращенных людей, мерзко хохотавших над десятком оставленных им в подарок, местных жителей, привязанных к деревьям неподалеку. Пусть они и не жильцы, но они остались людьми, до последнего принимая ниспосланное им испытание.

Новообращенные, такие, пока еще хрупкие, в своей новой не жизни, сучили ножками и размахивали ручками, деля добычу, а тяжелые пули для них уже были готовы и только и ждали твердого пальца на курке.

Местных жителей Бен развязал и отдал одному, с виду поздоровее, автомат и четыре магазина, махнув рукой в сторону глухой чащобы.

Мужчина поблагодарил кивком головы и проверив взглядом свое побитое воинство, уходящее в кусты, помахал в ответ, прощаясь.

Еще четверых Младших, Бен отстрелил из пистолета, оттягивая на звук выстрелов и истошный вой, основную часть вампиров и их слуг, давая раненным людям хоть слабый шанс, хоть его маленькое подобие, на удачный исход их бегства. И вот теперь он спешил назад.

Перед его мысленным взглядом рисовались картины одна страшнее другой и стирались, рисуясь все в более черном и черном свете.

Остров появился уже на последних закатных лучах солнца, кроваво красных и пугающих своей окраской, подкрашивающих заревом облака и играющих кровью на беспокойной поверхности реки.

От середины островка поднимался вверх легкий белый дымок, демаскируя все на белом свете.

Из ковра самолета Бен выскочил как на тренировках по десантированию с предельно малой высоты, не раздумывая и не мешкая.

У маленького костерка сидел человек гора и аккуратно вертел насаженные на палочки рыбьи тушки, равномерно обжаривая их над угольями. Рядом с ним лежало четыре здоровенных комка глины и плоский камень, на котором шипели шкворчали исходя дивным ароматом, еще куски рыбы.

– Хорошо устроился… – Откровенно восхитился Бен, принюхиваясь и устраиваясь на корточки рядом с костром. – Даже я бы лучше не смог!

– Вода кормит, вода поит, вода убивает и возрождает к жизни. – Философски ответил толстяк, тяжело вздыхая. – Руки мой и садись кушать. Все готово, словно тебя и ждало.

Воткнув импровизированный шампур в песок, Олег облизнул обожжённый палец, выпрямил спину и замер, словно ожидая вопросов.

– Никого больше не было? – Оправдал его ожидания Аркан, все еще не веря в безмятежность вокруг. – Спокойно все?

– Кто был беспокойным, уже вниз по течению плывет, мелко нашинкованным. – Парень подмигнул Бену и снова растянул рот в неприятной улыбке. – А кто не нашинкованный, тот на дне лежит. Нафаршированный. И, в следующий раз, оставь точило, заманался лезвие о камни править, песком просыпая…

Бен, уже подходящий к воде, замер, оценивая услышанное. Оценил и развернулся в обратную сторону, готовясь высказать куску сала все, что о нем думает и куда тот может пойти, с такими шутками.

– Я не прикалываюсь. – Олег покачал головой в ответ на невысказанные слова и ткнул пальцем в ближайшее бревно, на котором лежали в ряд три волчьих шкуры, не замеченные морпехом из за спешки. – Эти решили подплыть незаметно. А их владелец, по моему, вообще плавать не умел.

– Олег… Ты, к какому роду войск принадлежал? – Внезапно "прозрел" морпех, едва касаясь нагретого уходящим солнцем, волчьего меха.

– Кабинетно штабному. Но, зато, к военно морскому. – В этот раз улыбка Олега не показалась Бену отвратительной. – Психологи мы… В самые глубины ныряем… – Олег широко развел руки и придурашливо начал играть голосом в "Чорного Властелина".