— Вы очень любезны, мадемуазель Лосон. Приятно видеть человека, который так понимает чувства других людей.

Женевьева танцевала с Жан-Пьером. Она чему-то весело смеялась. Граф это заметил.

— Моя дочь похожа на вас, мадемуазель Лосон. Некоторые праздники ей нравятся больше других.

— Может быть, этот праздник и правда несколько веселее официальных торжеств.

— Откуда вам знать, если вы там не были?

— Это только предположение.

— Ах, да! Вы всегда очень осторожны в выборе слов. Преподайте мне еще один урок реставрации картин. От предыдущего я в восторге. Как-нибудь утром я загляну в галерею.

— Буду рада.

— В самом деле?

Я посмотрела в его прищуренные глаза и ответила:

— В самом деле.

Танец закончился. Больше он не мог приглашать меня. Это вызвало бы кривотолки. Не больше одного танца с каждым партнером, так объяснил Жан-Пьер. После шести танцев граф волен уйти. Таков обычай. Исполнив свой долг, все четверо уйдут незаметно — но не одновременно. Это выглядело бы слишком церемонно, а закон праздника — непринужденность. Граф уйдет первым, остальные — как только улучат подходящую минуту.

Все произошло, как сказал Жан-Пьер. Я заметила, что граф вышел из зала. После этого у меня не было большого желания оставаться на бале.

Я танцевала с господином Буланже и вдруг увидела, что Габриелла направляется к дверям. В ее поведении было что-то такое, что заставило меня насторожиться. Делая вид, что рассматривает гобелен на стене, она испуганно огляделась, потом бросила еще один короткий взгляд на танцующих и выскользнула за дверь. Все это заняло не больше двух секунд, но я успела разглядеть выражение ее лица: на нем было такое отчаяние, что я забеспокоилась. Едва дождавшись конца танца, я оставила своего партнера и незаметно покинула бальный зал.

Я не имела ни малейшего понятия о том, где ее искать. На какой шаг могла пойти отчаявшаяся девушка? Броситься со смотровой башни замка? Утопиться в старом колодце во дворе?

Едва ли то или другое могло соответствовать действительности. Если Габриелла хотела покончить жизнь самоубийством, то зачем приходить в замок? Может быть, на то есть какие-то особые причины?.. Но какие у нее могли быть причины уединяться в замке?

Одну вероятную причину я знала, но не желала о ней даже думать. Однако, хотя рассудок отвергал такую возможность, ноги сами несли меня к библиотеке графа. Мне хотелось убедиться в нелепости своего предположения. Если бы я могла посмеяться над ним!

Я подошла к библиотеке. Оттуда доносились голоса. Я их узнала. Срывающийся на крик… голос Габриеллы. И тихий, но различимый голос графа.

Я кинулась к себе в комнату. У меня не было никакого желания возвращаться в бальный зал. У меня вообще не было никаких желаний, кроме как остаться одной.

Через несколько дней я заглянула к Бастидам. Госпожа Бастид обрадовалась моему приходу. Она выглядела намного лучше, чем во время моего прошлого визита.

— У нас хорошие новости. Габриелла выходит замуж.

— О, я очень рада!

Госпожа Бастид улыбнулась.

— Я знала, что вы обрадуетесь, — сказала она. — Вы переживали так, словно несчастье случилось с вами.

Я с облегчением вздохнула и посмеялась над собой. (Дурочка, почему ты во всем видишь одни только пороки?)

— Пожалуйста, расскажите мне о ней! — попросила я. — Я так счастлива! Вижу, вы тоже.

— Рано или поздно люди узнают, что свадьба была скороспелая… но дело молодое, с кем не случается?.. Что ж, они исповедуются и получат отпущение грехов. Зато их ребенок не будет незаконнорожденным. Страдают-то дети.