— Готовы? — спросил Лэсситер.

— Да.

Господи, такого он не ожидал.

— Я только что кивнул Фритцу, — прошептал Ангел. — И он открывает двери.

Роф прокашлялся и подался вперед.

— Что… что на ней надето?

— Белое платье. Длиной до щиколоток. Свободное. Брат ведет ее под руку, она несет розовую розу, которую Рейдж вытащил из букета на столе. — Пауза. — Она не сводит с тебя глаз, а ее улыбка? Сшибает с ног, дружище. Наповал.

И сразу все то дерьмо с престолом и тысяча вопросов из серии «зачем они это делают» исчезли бесследно: почувствовав запах своей лилан, он мог думать лишь о том, что Бэт была для него всем, и не только потому, что она, вполне возможно, спасала его трон, прямо здесь и прямо сейчас.

О, срань господня, она же могла быть беременной.

— Дорогие возлюбленные, — начал Лэсситер, — Мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать вступление в законный брак Элизабет, дочери Дариуса, и Рофа, сына Рофа.

То есть они оставили формальные имена вампиров. Отлично. Так все выглядело более по-человечески.

— Кто отдает эту вамп… ээ, женщину замуж?

Роф ждал, что кто-то из братьев переведет речь Джона. Но парень дал ответ громко и ясно: засвистел, заявляя, что имено он представляет свою сестру перед алтарем.

Инстинктивно, ведь он понятия не имел, что из себя представляла церемония, Роф протянул руку. И ее сразу же обхватила ладонь Джона Мэтью, их рукопожатие было крепким, в нем была дана и принята клятва: «я обещаю о ней позаботиться» — «да, попробуй только этого не сделать».

Послышались покашливание. Кто-то из братьев расчувствовался, не иначе.

Лэсситер тоже окашлялся и раздался шелест переворачиваемых страниц.

— Ах… Ладно, послушайте, я буду импровизировать, хорошо? Есть ли причина, которая может помешать вам обоим сделать это? Нет? Прекрасно.

Бэт рассмеялась:

— Я думала, ты должен дождаться нашего ответа.

— Тогда давайте все вместе. И вы, ребята с галерки, — у вас есть возражения против этого брака?

И все вокруг, включая Бэт и его самого, прокричали громко:

— Нет!

— Боже, все просто замечательно. — Снова звук переворачиваемых страниц. — Тогда двигаемся дальше. Роф?

По какой-то дурацкой причине он начал улыбаться.

— Да?

— Берешь ли ты эту невероятную женщину, которая только что спасла твою задницу, в жены? Будешь ли ты любить и утешать ее, уважать и быть с ней в болезни и в здравии, и не думая ни о ком больше, хранить ей верность, пока смерть не разлучит вас — черт, я должен был сначала спросить об этом тебя, Бэт. Ответишь?

— Нет, — Роф расплылся в широченной улыбке. — Я первый. Да, я согласен.

В толпе послышался всхлип. А потом Рэйдж прошипел:

— Что? Да пошли вы к черту. Это красиво, понял?

— Ну а ты, Бэт, берешь ли ты в мужья этого вспыльчивого сукиного сына? Будешь ли ты любить и утешать его, чтить и быть с ним в болезни и здравии, и не думая ни о ком больше, хранить ему верность, пока смерть не разлучит вас?

— Да, — сказала Бэт. — Безусловно.

— Хорошооооо. — Лэсситер пролистал еще несколько страниц. — Окей, теперь кольца? Парни, у нас есть кольца?

— Надень ей на большой палец мое кольцо, — сказал Роф, снимая массивный черный бриллиант, когда-то принадлежащий его отцу.

— Вот.

— А он может взять мое, — сказала Бэт.