|
Это напоминало ему былые дни в Неварсине, когда он впервые овладел лараном и научился воспринимать человеческие существа как энергетическую субстанцию в сети силовых линий, отсекая восприятие плоти и крови, твердого тела. Теперь он чувствовал, что воздух вокруг наполнен такими же текучими энергетическими потоками. «Если я многому научил Донела, то он дал мне не меньше, научив меня читать воздушные течения и силовые токи, пронизывающие воздух точно так же, как сушу и воду…» Раньше Эллерт и не подозревал о существовании этих потоков. Теперь он мог почти видеть их. Он мог выбрать среди них самый подходящий, оседлать его и подняться на такую высоту, где ветра несли хрупкий аппарат словно пушинку, потом найти нисходящий поток и спуститься в более безопасное место. Сейчас же, вытянувшись на переборках, он начал посматривать вниз, на раскинувшуюся под ним землю.
Под ним разворачивалась панорама тихой горной страны – склоны, покрытые темными лесами. То тут, то там чащи уступали место ровным рядам деревьев – то были фруктовые сады или плантации орешника на маленьких фермах. Пологие холмы расчищались под луга, где паслись стада, из стремительных горных речушек выглядывали водяные колеса, приспособленные для маслобоек и сыроделен. Временами до него доносился резкий запах сукновальни или маленькой бумажной фабрики, а однажды он увидел вход в пещеры, где жили кузнецы. Искры из кузнечных горнов в этих местах не могли причинить вреда лесам или человеческому жилью. Пока они летели, холмы постепенно становились выше и пустыннее. Эллерт ощутил прикосновение Донела к своему разуму – юноша становился искусным телепатом, способным привлечь внимание, не нарушая сосредоточенности другого человека. Эллерт последовал за ним в термодинамическую трубу между двумя грядами; туда, где в полуденном свете тускло блестел белый камень Башни Трамонтана. Он увидел, как страж на вершине Башни поднял руку, приветствуя их. Донел устремился вниз по пологой дуге, сложив крылья планера точно в момент приземления. Он опустился на колени и поднялся отработанным движением. Эллерту, значительно уступавшему в мастерстве, повезло меньше: он споткнулся и едва не полетел кувырком, запутавшись в планках и веревках. Донел со смехом подошел к нему и помог встать. – Не унывай, кузен, – сказал он. – Я сам много раз приземлялся точно так же. Эллерт подумал о том, сколько лет прошло с тех пор. – Пошли. Эрци заберет твой планер и сохранит его до нашего возвращения. – Донел указал на сутулого старика, стоявшего неподалеку от них. – Мастер Донел, – произнес старик с таким сильным акцентом, что Эллерт, знавший большинство диалектов Хеллеров, с трудом понимал его. – Мы, как всегда, рады приветствовать вас. Мое почтение, дом'н , – добавил он, включив Эллерта в свой небрежный поклон. – Это мой старый друг Эрци, служивший в Башне еще до моего рождения и принимавший меня три‑четыре раза в год с тех пор, как мне исполнилось десять лет. Эрци, это мой кузен, дом Эллерт Хастур из Элхалина. – Ваи дом … – Второй поклон Эрци выглядел почти комично. – Лорд Хастур оказал нам великую честь. Ваи леронин тоже будут рады приветствовать вас, да, тоже будут рады. – Я не лорд Хастур, – мягко поправил Эллерт. – Всего лишь лорд Эллерт, добрый человек, но благодарю тебя за приветствие. – Много, много лет утекло с тех пор, как последний Хастур навестил нас, – прохрипел Эрци. – Следуйте за мной, высокородные господа. – Смотрите, кого к нам принес ветер! – воскликнул чей‑то веселый голос. Юная девушка, высокая и стройная, с пышными волосами, бледно‑золотистыми, как снег на дальних горных вершинах, подбежала к Донелу и протянула руки, приветствуя его. |
