Наконец она увидела Эовен, которая сидела далеко, в другой части галереи, напротив Гарта, почти незаметная в полумраке.

Глаза Рен мгновенно обратились к королеве, но Элленрох не подала виду, что знает о провидице. Ее взгляд остановился на дверях зала заседания Совета. Рен взглянула на Эовен, но тут же отвела взгляд. Она чувствовала напряженность, повисшую в воздухе. Все сидевшие в этой комнате догадывались: сейчас что-то должно произойти, но только королева знала, что именно. Рен глубоко вздохнула. Наступил момент, ради которого она пришла в Арборлон.

«Стань моими глазами и ушами, стань моей верной помощницей».

Так сказала ей королева. Зачем?

Двери зала отворились, и вошел Орин Страйт в сопровождении двух мужчин. Один — старый, крупного телосложения, с седеющими волосами и бородой. Его движения, медленные и уверенные, как бы говорили: я не потерплю на своем пути никаких препятствий. Взгляд его был суров и недружелюбен. Второй — среднего роста, чисто выбритый, с ускользающим и настороженным взглядом, двигался легко и свободно. Войдя, он улыбнулся присутствующим.

— Барсиммон Оридио, — приветствовала королева первого вошедшего. — Этой Шарт, — улыбнулась второму. — Спасибо, что вы пришли. Орин Страйт, останься, пожалуйста.

Трое вошедших сели, устремив взгляд на королеву.

— Корт, Дал, — обратилась она к стражам, стоящим у дверей, — подождите снаружи, пожалуйста.

Эльфийские Охотники тихо исчезли за дверью.

— Друзья мои. — Элленрох Элессдил села, выпрямив спину, ее мелодичный голос зазвенел в тишине. — Мы не можем больше притворяться, лицемерить и лгать. Катастрофа, которую мы стремились предотвратить более десяти лет, произошла.

— Сударыня, — попытался прервать ее Барсиммон Оридио, но она взглядом заставила его замолчать.

— Сегодня вечером демоны прорвались в город. Наша магия иссякает уже многие месяцы, возможно годы, а создания за нашими стенами все это время украдкой черпали ее энергию. Сегодня вечером баланс сил позволил врагам пробить брешь. Наши Охотники героически сражались, чтобы предотвратить беду, отбросить нападающих, но тщетно. Убит Фаэтон. И в конце концов я была вынуждена использовать жезл Рукха. Не сделай я этого, город пал бы.

— Сударыня, это не так! — снова не сдержался Барсиммон Оридио. — Армия может продолжать борьбу и добиться победы. Фаэтон чрезмерно рисковал, иначе он был бы жив.

— Он рисковал, чтобы спасти нас! — Лицо Элленрох словно окаменело. — Не говори о нем плохо, командир, я запрещаю тебе.

Великан нахмурился.

— Бар, — королева говорила спокойно, в ее голосе даже звучали нотки сердечности, — я была там и видела, что происходит.

Успокоив взглядом старого эльфа, она перевела его на сидевших за столом.

— Киль не защитит нас больше. Я использовала жезл Рукха, чтобы укрепить город, но больше сделать это не смогу, иначе мы рискуем исчерпать силу жезла. Я созвала вас, чтобы объяснить: мы меняем тактику.

Она повернулась к Рен.

— Это моя внучка Рен, дочь Аллин, которую послали к нам из старого мира, как и предсказала Эовен Сериз. Она пришла, как говорит предсказание, спасти эльфов. Много лет я ждала ее прихода, не веря до конца в такую возможность да и сомневаясь в ее силах. Признаюсь, я боялась ее прихода, потому что не хотела потерять ее, как потеряла Аллин.

Она протянула руку и нежно коснулась пальцами щеки Рен.

— Я все еще боюсь. Но Рен здесь, несмотря на мои страхи.