Я села в саду на землю, шерсть платья защищала от холода. Я попыталась представить, как тут будет весной. А потом задумалась, увижу ли это, увижу ли весну. Последние несколько дней пронеслись вихрем после месяцев медленного планирования и острожных действий. Близилось время сбора урожая.

Я не удивилась услышав, как кто-то вошел в сад. Я сразу поняла, что это Мерек.

— Помешал?

— Нет.

Он сел со мной, осторожно опустился, вытянул раненую ногу. Я доела яблоко, выкопала ямку в земле и оставила огрызок там. Я чувствовала на себе его взгляд, этот вес был знакомым, как от любимого плаща, снятого летом, но одетого для зимнего праздника. Теплый. Безопасный.

— Что происходит с нами? — спросил он.

— Не знаю, — тут же ответила я. Я ожидала этот вопрос. Я знала, что рано или поздно он решит поговорить.

— Но что-то не так. Это ведь… не только у меня, да?

— Нет, — признала я. — Не только у тебя.

— Я переживал… После прошлого раза я… Я плохо умею читать тебя, — он пожал плечами. — Я уже не доверяю в этом себе. Я был тут всего несколько дней, столько всего произошло, и только потому, что для меня ничего не изменилось… — он замолчал. — Не знаю, что я пытаюсь сказать. Я все неправильно понял в последний раз.

— Не ты один.

— Это другое. Знаю, ты говорила, что твои чувства к… нему никак со случившимся не связаны, но…

— Это не твое дело, — тихо сказала я.

— Знаю. В этот раз я хотя бы это понимаю. Я не хочу, чтобы случилось то, чего ты не хочешь.

— Я не знаю, чего я хочу, — я была с ним честной. Должна была. — Я не понимаю, что во мне изменилось, что это значит. И хочу ли я, чтобы это что-нибудь означало. Да, что-то изменилось, — я посмотрела в его темные глаза. — Но я не могу сейчас думать об этом. Я должна думать о войне, об Ауреке и победе над ним.

— Конечно, — он улыбнулся по-настоящему, обхватил мою ладонь и поднес к губам. — Спасибо.

— За что?

— За правду. А теперь я отдохну, о чем меня и просили многие. Увидимся позже.

Я проводила его взглядом, глубоко дыша. А потом я повернулась к пустому саду и погрузила пальцы в землю.

* * *

Каждое утро я просыпалась с надеждой, что сегодня вернутся Ниа и Кирин, Хоуп и Ульрин. Сначала желание было глупым, ведь прошло мало времени для их путешествий, для сбора того, за чем они отправились, и для возвращения. Но мне ничто не мешало быть глупой раньше, так что каждый раз, когда я слышала быстрые шаги, я невольно думала, что кто-то спешит сказать мне, что они дома.

Я удвоила не только группу у пещер, но и разослала людей по Лормере во все лагеря, чтобы усилить их. Серж и Талли прислали весть, что мужчины приходили и уходили каждые три дня, но они не знали, почему, и они не думали, что детям вредили. Я сказала им следить, докладывать о странном, даже о мелочах. Я не знала, что происходит, и это меня беспокоило. Я знала, что что-то упускаю.

Эррин и Мерек готовили все для Опус Мортема, как могли, Стуан следил за Эррин, но уже не так ожесточенно. Когда Мерек убрал путы с ее рук, чтобы она могла работать без помех, он лишь вскинул брови. Мы уже перестали бояться, что ею могут управлять.

Хобб сообщал, что Аурек все еще скрывается в останках замка, ожидая возвращения Лифа.

Брина поделилась тисовой корой, Эррин отправила Мерека осторожно высушивать ее над огнем, потом она обработала часть коры и добавила к ингредиентам.