— И… бубновый валет! — закончил майор.

Капитан развел руками, показывая, что бить нечем, и сбросил мелкую карту:

— Брал, Саныч, брал. Молодец. Выехал. Шесть взяток у тебя?

— Шесть, — кивнул майор, спокойно собирая последнюю взятку и показывая свои оставшиеся карты — все мелкие. Демонстрация карт после мизера тоже было обычной практикой. — Записано.

— Записывай, записывай, — буркнул капитан, чиркая спичкой о коробок. — В следующий раз задам перцу. Не уйдешь!

Игра продолжилась. Разговоры стали громче, смех — свободнее. Но я заметил, что подполковник с седым ежиком и умными глазами несколько раз внимательно, изучающе посмотрел в мою сторону. Он что-то тихо сказал на ухо седому майору с орденом Красной Звезды. Тот тоже повернул голову и его острый взгляд на мгновение задержался на мне, затем он кивнул подполковнику что-то вроде «понял». Зотов, сидевший рядом, тоже заметил этот взгляд и толкнул меня локтем. Игра шла своим чередом, но для меня стало ясно — просто так отсюда мы не уйдем. «Боевые Слоны» меня заметили. Интересно, к чему это приведет?

Глава 21

Гул разговоров в комнате внезапно оборвался от тихого стука по столу. Я повернул голову на звук и увидел, как взгляд подполковника с седым ежиком волос — того самого, что шептался майором — остановился на нас с Зотовым. Ледяные, пронзительные глаза изучающе скользнули по мне.

Он негромко кашлянул, привлекая внимание остальных «слонов».

— Товарищи, — голос его был спокоен и тих, — а давно ли мы с молодежью за одним столом сидели? Не на лётном разборе, а вот так… по-человечески?

— Давненько было, — хмыкнул один из инструкторов.

— Ну так, может, исправим это дело? — Предложил подполковник и оглядел сидящих за столом.

Капитан с ожогом оторвался от карт, усмехнулся, обнажив крепкие зубы:

— А что, Павел Иваныч, идея здравая. Засиделись мы в своём кругу. Молодая поросль подрастает — глядишь, чему научим, чего подскажем. Или они нам! — Он хитро подмигнул в нашу сторону, а во взгляде у него промелькнул азарт.

Полковник в гражданском, поправляя очки, кивнул одобрительно:

— Поддерживаю. Теория теорией, но и живой опыт общения ценен. Да и посмотреть, на что нынешние курсанты способны за пределами учебных классов и тренажеров, любопытно. — Его внимательный, аналитический взгляд прошёлся по нам, будто оценивая боеготовность. — Что скажете, орлы? Готовы попробовать силы против стариков?

Вопрос повис в воздухе. «Слоны» вроде как обращались ко всей молодёжи в комнате, но все понимали, что адресован он был в первую очередь нам с Зотовым и двум старшекурсникам, сидевшим у стены. Один из них, невысокий брюнет, неуверенно крякнул, смущенно теребя воротник гимнастерки. Зотов же аж подпрыгнул на табуретке, едва не свалившись, и устремил на меня горящий, вопросительный взгляд. Я коротко кивнул, поняв, о чём он хочет спросить. Получив мое молчаливое согласие, Зотов просиял и повернувшись к «слонам», вскочил и вытянулся по стойке «смирно»:

— Товарищ подполковник! Курсанты Зотов и Громов к игре готовы! — отчеканил он, вскакивая и вытягиваясь по стойке «смирно».

Подполковник махнул рукой, слегка улыбнувшись:

— Расслабься, орёл. Здесь не строевая. Садись-ка сюда. И вас, товарищи курсанты, — он кивнул брюнету и его другу, — прошу к столу. Василий Петрович, Николай Семёныч, уступите места гостям, будьте любезны.

Двое «слонов» — майор, впустивший нас, и седой с орденом — с готовностью встали, уступая места за столом нам и старшекурсникам.