Феликс Кресс. Космонавт. Том 3Космонавт – 3
Глава 1
Двигатель умолк. В наступившей тишине звенело в ушах. Но внутри у меня бушевал настоящий шквал эмоций. Я неподвижно сидел в кабине несколько секунд, крепко сжимая ручку управления. Чувство было… эйфорическим. Глубокое, всепоглощающее удовлетворение. Я справился! Да, я не сомневался в успехе, знал, что смогу. Но в авиации всегда есть место непредвиденному — порыв ветра, микропросадка двигателя, любая мелочь. Но всё получилось идеально. Не «примерно», не «рядом», а четко в цель. Лейтенант Орлов со своей фуражкой получил ответ сполна. — Громов? — Голос Павла Ивановича в шлемофоне был необычно теплым, даже веселым. — Доволен? — Так точно, товарищ подполковник! — отозвался я с улыбкой, снимая шлем. — Ну, что ж… — Он сделал небольшую паузу, и я отчетливо расслышал в его голосе нескрываемое одобрение и гордость. — Поздравляю. Посадка отменная. Высочайший класс. Действительно, подвиг. — Он выделил последнее слово, напоминая о словах лейтенанта, которые он передал нам с курсантом. Я распахнул фонарь кабины. Весенний воздух, пахнущий авиационным керосином, прогретым металлом и степью, ворвался внутрь. Солнце слепило. Гул толпы, ждавшей на краю летного поля, донесся сразу — это был не просто шум, а нарастающая волна аплодисментов, выкриков, смеха. Народ был в восторге. Спускаясь на землю, я буквально ощущал, как напряжение последних дней куда-то испарялось, сменяясь приливом сил. Обменявшись рукопожатием с техниками, я направился к зрителям. По мере того, как расстояние между нами сокращалось, я стал различать лица людей. Первыми бросились в глаза Зотов и Максимыч. Степан сиял, как медный таз на солнце, буквально подпрыгивал на месте, махал руками и что-то выкрикивал. Рядом с ним стоял капитан. Он стоял расслабленно, руки были засунуты в карманы брюк, а лицо выражало безучастность к происходящему. Но! Глаза его лучились удовлетворением. Да, старый «зубр» был доволен. Очень доволен. Я мазнул взглядом по лицам и увидел Наташу, которая стояла чуть позади Максимыча. Она не прыгала и не кричала, как Зотов. Она просто… сияла. Широко, открыто, ослепительно улыбалась и хлопала в ладоши. И смотрела. Смотрела только на меня. На этот раз в ее взгляде не было ни вины, ни растерянности. Я хмыкнул про себя, удивляясь таким переменам. — Молодец, Громов! Браво! — Вот это да! — Видал, щегол? Вот тебе и выскочка! — Здорово, Сергей! Обалденно! Меня окружили. Курсанты хлопали по плечам, трясли руку. Инструкторы пожимали руку крепче, смотрели с новым, уважительным интересом. Даже те, кто раньше скептически косился. Поздравления сыпались со всех сторон. Я улыбался, благодарил, пытался отшутиться, но внутренне сканировал толпу. Искал одну конкретную фигуру. Но лейтенанта Орлова нигде не было. Ни его, ни его компании молодых инструкторов. Исчез, будто испарился. «Ну и черт с тобой, — подумал я без злости и мысленно махнул рукой. — Сбежал. Не вынесла душа литёхи позора мелочных обид. Ну и ладно.» Максимыч подошел ближе, его трость постукивала по бетонке. — Доволен? — Поинтересовался он и, не дожидаясь ответа кивнул головой в сторону метки: — Фуражку помял. Теперь лейтенанту в кепке ходить, — он хохотнул и крикнул громче: — По машинам, пора возвращаться. День ещё не закончился. Общий смех постепенно затих. Последовала еще пара похлопываний по спине и толпа начала расходиться к грузовикам. Я бросил последний взгляд на стоянку, на серебристые силуэты самолётов, на бетонку, где темнело очертание метки, и улыбнулся — отличное начало дня. К машине я шёл вместе со всеми, но теперь изменилось всё. |
