Loading...
Изменить размер шрифта - +

– Броуди обещал мне приставить к тебе полицейского для охраны. Он сдержал слово?

– Эндрю предложил, чтобы меня отвозили на работу и привозили обратно, но, честно говоря, Квилл, днем это выглядит как-то неуместно.

– Гм-м, – пробормотал он в глубокой задумчивости.

Было ли все это ложной тревогой? Или Полли в самом деле грозит опасность? Чтобы отвлечь её от тревожных мыслей, он спросил:

– Что делает это нелепое яйцо за контрольным столом?

– Разве ты не узнал Шалтая-Болтая? Он гвоздь нашей летней программы, – терпеливо объяснила она. – Дети помогают ему вылечиться, беря книги на свой абонемент. После того как они прочтут определённое число книг, он снова станет здоровым и счастливым, а мы устроим праздник. Ты приглашён, – лукаво добавила она, зная, что он избегает общества маленьких детей.

– Как же вы узнаете, что малыши прочли все эти книги? Или хотя бы открывали их?

– Квилл, милый, какой же ты циник! – с укором сказала она. – Пребывание в горах нисколько тебя не смягчило… Кстати, ты видел наш подъёмник? Мы очень благодарны Клингеншоеновскому фонду. Теперь читальный зал доступен для старых и немощных.

– Вам бы следовало попросить у фонда несколько стульев с мягкими сиденьями, – он беспокойно поёрзал на своём стуле. – Ну а кроме болезни Шалтая-Болтая ещё какие-нибудь новости есть?

– Мы всё ещё горюем из-за самоубийства доктора Галифакса. Мелинда приехала на похороны отца и решила остаться здесь. Все этим довольны.

В маленьких городах принято с почтительностью говорить о его уроженцах и уроженках, которые это заслужили.

Мелинда Гудвинтер была предшественницей Полли в качестве объекта нежных чувств Квиллера, – о чём в Пикаксе знал едва ли не каждый, – но он постарался ничем не выдать своей реакции. И спросил как бы между прочим:

– Пациенты доктора Гала перейдут к ней?

– Да, она уже объявила об этом. – Полли говорила о Мелинде с показной бесстрастностью.

– Как насчёт того, чтобы пообедать сегодня вечером в «Старой мельнице»? – спросил он, меняя тему разговора, чтобы скрыть обеспокоенность, вызванную возвращением Мелинды.

– Я как раз надеялась, что ты меня пригласишь. Я должна обсудить с тобой нечто весьма интересное.

– Что именно?

Она загадочно улыбнулась:

– Сейчас не могу сказать. Это сюрприз.

– Куда мне заехать за тобой? И во сколько?

– Что если в семь? – предложила Полли. – Мне бы хотелось зайти домой, переодеться и накормить Бутси.

– Тогда в семь, у твоего дома.

– Ты уверен, что не слишком устал после дороги?

– Мне нужна только чашка крепкого кофе, и я готов качаться на люстре.

– Я соскучилась по тебе, дорогой. Я так рада, что ты вернулся, – нежно проворковала она.

– Мне тоже не хватало тебя, Полли.

Уже выходя из её кабинета, он остановился на пороге, откуда мог видеть читателей. Какая-то седая женщина, несмотря на свой артрит, трудолюбиво орудовала спицами, пожилой мужчина склонился над стопкой книг, человек помоложе с всклокоченной бородой лениво перелистывал журналы.

– Что это за бородатый тип? – пробормотал Квиллер, пощипывая усы.

– Не знаю. Вон та женщина – миссис Кроубенкс, внучка всегда оставляет её здесь, когда идёт по делам. Теперь, когда у нас есть подъемник, мы превратились в санаторий для бабушек и дедушек. Гомер Тиббит занимается изысканиями для Исторического общества. А того, что помоложе, я не знаю.

Квиллер широкими шагами пересёк читальный зал, чтобы побеседовать с тощим и неуклюжим мистером Тиббитом, перешагнувшим девяностолетний рубеж, но, несмотря на хруст в суставах, всё ещё сохранявшим активность.

Быстрый переход