Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

– Я слышал, Гомер, что вы путешествуете в мрачное прошлое Мускаунти.

Ушедший на покой директор школы выпрямился, причём в некоторых частях его скелета что-то затрещало.

– Занялся этим, чтобы поддерживать старые мозги в рабочем состоянии, – сказал он надтреснутым голосом. – Никто никогда не писал истории Гудвинтеров, а ведь это они основали Пикакс сто пятьдесят лет назад. Весь род распадается на четыре ветви, в жилах одних течёт благородная кровь, а вот о других такого, к сожалению, не скажешь. Но последние с Амандой (она из Гудвинтеров-алкоголиков) прекратят своё существование. У доктора же Галифакса было двое детей, но мальчик несколько лет назад погиб в автокатастрофе, а если доктор Мелинда выйдет замуж и даже родит сыновей, то ни она, ни её дети уже не будут носить эту фамилию. Конечно, – продолжил он после минутного размышления, -она может пойти на то, чтобы нарушить некоторые условности. В наши дни никогда не знаешь, что выкинет молодежь. Однако считаю: на данный момент единственная надежда – это Джуниор Гудвинтер. Пока у него только один сын…

Мистер Тиббит продолжил бы свою болтовню, но Квиллер заметил, что бородатый мужчина покинул читальный зал. Извинившись перед Гомером, Квиллер сбежал по лестнице и выскочил из здания, удачно избежав столкновения с дошколятами, – машина с массачусетскими номерами уже отъезжала от стоянки.

Из библиотеки он отправился в полицейский участок, выбрав глухую улицу в надежде избежать встреч со знакомыми и объяснений, почему его отдых в горах так быстро закончился. Он застал Эндрю Броуди, высокого, широкоплечего шефа полиции, сгорбившимся за компьютером, с недоверчивым видом тыкающим пальцем в клавиатуру.

– Кто только изобрёл эти проклятые штуки! – проворчал Броуди. – Больше неприятностей, чем пользы! – Он откинулся на спинку стула. – Ну, дружище, быстро же ты примчался обратно в Пикакс! Как тебе это удалось?

– Держался незаметно, подкупал полицию и не называл своего настоящего имени, – молниеносно ответил Квиллер в своей обычной шутливой манере, импонирующей Броуди. – Что нового, Энди? Есть ли ещё сообщения о преследованиях?

– Ни единого. То, что произошло на Гудвинтер-бульваре, трудно классифицировать. Не скажу, что я согласен с твоей теорией, Квилл. В этих местах мы никогда не сталкивались с похищениями: лишь однажды папаша украл собственного ребенка, которого они с матерью не могли поделить.

– В читальном зале перед кабинетом Полли несколько минут назад околачивался какой-то незнакомец, довольно молодой мужчина с густой бородой, в серой рубашке. Он сел в машину с массачусетсскими номерами, но отъехал от стоянки раньше, чем я успел их разглядеть.

– Это не тачка доктора Мелинды? Она ведь вернулась в город.

– Нет, это старая модель, к тому же покрытая ровным слоем грязи. У Мелинды, уверен, что-нибудь совсем новое и безукоризненное.

– Если ты снова увидишь эту машину, запомни номер, и мы его проверим, просто так, на всякий случай. Ты можешь её описать?

– Могу сказать только, что это машина средних размеров блеклого тёмно-бордового цвета, и выглядит она так, словно в последнее время на ней ездили исключительно по бездорожью.

– В наших краях такие местечки не редкость.

Квиллер посмотрел через плечо Броуди на кофеварку:

– Могут ли стражи порядка угостить усталого путешественника чашкой кофе?

– Пожалуйста, только не жди кипящей смолы, которую ты варишь!

Квиллер налил себе жиденького кофе и опустился на очередной жесткий стул.

– Ты играл на своей волынке на похоронах доктора Гала, Энди?

Шеф полиции спокойно кивнул:

– Все растрогались. Мужчины, женщины и дети – все плакали.

Быстрый переход
Мы в Instagram