Краевед уставился в одну точку.

– О чем вы думаете?

– Неужели наши приключения закончились?

– Что вы, все только начинается!

– Я просто задумался, смотрю в сторону, думаю о своем.

Грайлих ахнула так громко, что Серафима затормозила.

– Что случилось? – Хором спросили они с Арнольдом Михайловичем.

– Что вы сейчас сказали? Смотрю в одну сторону, а не в другую… и не вижу…

– Я такого вообще не говорил,– заволновался краевед.

– Не важно. Я вспомнила! – И снова забормотала, – смотрю в одну сторону, а оно в другой…

Потом схватила телефон.

– Александр Михайлович! Да, спасибо, я все понимаю, да, но я хочу спросить совсем о другом. Та женщина с мальчиком Димой, что нашел тело Татьяны, они оставили свой адрес в Болтужеве? Вы можете прислать мне его сообщением?

– Что происходит? – Спросила Серафима. – Мы едем, или стоим на месте?

– Едем. – Подтвердила Таисия. Телефон пискнул и она показала экран. – Вот по этому адресу.

Краевед изучал книгу, попросил показать фото описи сделанной Катей. Когда машина остановилась в нужном месте, он остановил Таисию.

– Смотрите. Опись Кати полностью повторяет опись из бухгалтерской книги, сделанную Софьей Болтужевой. Разница с фактически обнаруженными Татьяной предметами составляет одиннадцать штук, если вы, голубушка, все правильно записали и ничего не забыли.

– Я правильно записала! – Вскипела Таисия.

– Значит одиннадцати предметов нет.

– Среди них серебряные заколки и золотой наперстный крест?

– Да. Теперь можно идти в полицию?

– Погодите. Совсем чуть-чуть.

* * *

Бабушка Димы жила в современной части города, недалеко от рынка. Мальчик с матерью обедали, когда Таисия позвонила в дверь квартиры на первом этаже двухэтажного панельного дома.

– Какими судьбами? Чаю попьете? – Засуетилась мать. – Я сейчас достану печенье.

– Спасибо, я хотела поговорить с Димой.

Мальчик прислонился к косяку двери и ковырял пол носком тапочки.

– Только не расстраивайте его, он так и не оправился.

– Наоборот. Думаю, теперь все будет хорошо.

Мальчик плюхнулся на табуретку и начал пинать ножку стола.

– Всё ещё снятся кошмары?

Он кивнул.

– Про монстра?

Он снова кивнул.

– Можешь рассказать мне о нём?

Мальчик молчал, по-прежнему пиная несчастную ножку. Когда Таисия уже отчаялась услышать ответ, он поднял голову и сказал:

–Я его не выдумал. Он настоящий.

Мать всплеснула руками, но Таисия подняла ладонь.

– Хорошо. Расскажи о нем.

– Он бросил в озеро.

– Что бросил?

– Свой меч.

– Какой был меч?

Когда краевед сказал, что смотрел в сторону, но ничего не видел, Грайлих, наконец, поняла, что беспокоило ее на берегу, когда нашли тело Татьяны. Вот что было неправильным в той сцене.

Дима кричал, в каждой руке по камню, его сандалии тонули в мелководье у берега озера. У ног, прижатое к полузатонувшему бревну, лежало тело. Но мальчик не смотрел на тело. Он смотрел на что-то дальше, по берегу.

– Монстр был в озере?

– Не-а.

– На берегу?

– Ага.

– Что у него еще было, кроме меча?

– Ничего.

– Но что ты еще помнишь?

– У него были желтые глаза.