– Но что ты еще помнишь?

– У него были желтые глаза. Они сверкали. Я не вру! Все говорят, что я вру, а я не вру!

– Расскажи мне о глазах. Можешь их описать?

– Большие. Светились на солнце.

– А это могли быть очки? От солнца.

Мальчик закусил ноготь. – Может.

– Послушай, я сейчас скажу, а ты поправь меня, если что-то не так. В тот день, когда мы были на экскурсии, когда ты нашёл э-э… девушку в озере, ты видел в лесу мужчину в желтых очках. Он что-то бросил в озеро, верно?

Дима кивнул.

– Как далеко он стоял?

– Ну-у… как вон тот дом. – Мальчик кивнул на окно.

– Метров пятьдесят…И что было дальше?

– Ну, я заорал и он убежал.

– Ты сказал маме или доктору?

– Нет. Я боялся.

– Но с тобой же ничего не случится.

– Он показал вот так. – Дима провел рукой под подбородком, как будто перерезает горло.

– Он угрожал тебе.

Мальчик кивнул.

– Ты молодец настоящий герой. – Грайлих повернулась к оцепеневшей матери. – Придется повторить это в полиции. И больше никаких кошмаров не будет, монстра поймают.

– Кто это может быть? – Спросил в машине краевед, когда Грайлих вернулась и рассказала о разговоре с Димой.

– Кто угодно. Кстати. Серафима, ты же офтальмолог. Есть заболевание глаз, при котором нужно носить очки с желтыми солнцезащитными стеклами?

– Ты имеешь в виду интраокулярные линзы с жёлтым фильтром, которые используют для защиты сетчатки от синего света. Их применяют, например, при возрастной дегенерации макулы – заболевании, которое может привести к значительной потере зрения или даже к слепоте. Также жёлтые очки могут быть полезны для людей, которые часто используют электронные устройства, имеют проблемы со сном или повышенную чувствительность к свету

– Бог уберег,– фыркнула Таисия. – Болезнь сетчатки только возрастная?

– Бывает и в более молодом возрасте, все индивидуально.

Грайлих набрала номер следователя.

– Я как раз собирался вам звонить. Мы отпустили вашу внучку, ее уже везут в усадьбу.

Актриса рассказала о монстре, о предметах из клада и описи.

– У нас тоже есть подвижки. Ваша идея о проверке окружения Леонида Светлицкого оказалась полезной.

– Вы нашли кого-то?

– Да, но я не могу вам сказать. Таисьльсанна, вот еще что. Не теряйте внучку из виду.

Желудок сжался. – Что вы хотите этим сказать?

– Я сказал все, что мог.

Глава 21.

– Ты знаешь, кто убийца?

– Догадываюсь.

– Ну, так скажи!

–Думаю, у полиции пока нет улик. Но когда они допросят нашего безымянного коллекционера, у них будет имя продавца и этому человеку придется объяснять, где он взял драгоценности. Я уверена, что это тот же человек, кого они нашли в окружении Леонида тридцать лет назад. Надо же… Он все время был здесь, рядом, но не бросался в глаза. Словно невидимка.

– Как дворецкий из английского детектива! Он всегда здесь, но его никто не замечает.– Сказала Серафима.

–Невидимкой я могу подслушать смертных разговор,– пробормотала Грайлих.

– Что?

– Шекспир. «Сон в летнюю ночь». Он как актер второго плана, незаметный, не привлекающий внимания, да еще все время отсутствующий на сцене. Появится мимоходом и исчезнет.