Не сводя глаз с Дилон, она прижала куклу к груди, а затем быстренько спрятала ее, завернув в розовую шаль.

— Где ты нашла ее? — повторила она. — Ты видела Джейн? Я отдала ее Джейн, перед тем как ее перевели в "Заботу". Где…

— У нее был небольшой письменный столик, такой ставят на колени, да?

— Совершенно верно. Это одна из немногих вещей, которые Джейн просила своего попечителя принести ей из дома. — Мэй Роз посмотрела на Дилон, в голубых глазах мелькнула тревога. — Джейн не отказалась бы от своего столика и не оставила бы Бекки. Она бы ее не бросила, если только… Да нет, как бы плохо она себя ни чувствовала… А откуда ты узнала насчет столика?

— Она жила по соседству и держала его на столе возле окна в гостиной. И пользовалась им, когда писала письма в кресле у камина. Она варила себе чашечку кофе и садилась у огня, чтобы заполнить счета или написать письмо редактору газеты, — она это любила. У нее же не было близких друзей, которым она могла писать. — Дилон взглянула на Мэй Роз и коснулась ручки ее кресла. — Я нашла куклу в переносном письменном столике, а он был в шкафу в той комнате – в той, куда вы заходили, где была Мэри Нелл. Но почему они отобрали у Джейн ее столик?

Мэй Роз легонько погладила спрятанную под шалью куклу, но ничего не сказала.

Дульси и Джо переглянулись. Дульси вздрогнула. Позже она говорила Джо, что именно из-за этой куклы, обнаруженной Дилон, и этого переносного столика Вильма решила пойти к Максу Харперу.

Глава 26

Внезапно она изменила свое прежнее намерение воздерживаться от краж в прибрежных домах. После того, что произошло в четверг днем, она собиралась рискнуть – соблазн был слишком велик. Подслушанный в аптеке разговор между этой госпожой Боннифейс и провизором, казалось, предназначался специально для нее. А в пятницу она проснулась и увидела густой туман за окнами, который мог обеспечить ей отличное прикрытие, позволив свободно прийти и уйти из дома Боннифейс, так что решение пришло само собой. И вот она в пути. Туман не только поможет ей, но и обеспечит девственную пустоту пляжа – все туристы останутся дома, в своих теплых гостиничных номерах, или расползутся по местным ресторанчикам пить горячий кофе. Да и полицейские, раз уж им не надо будет особенно обращать внимание на пляж, не станут высылать туда обычное число патрульных.

Госпожа Боннифейс, которую она прежде видела в городе, стояла в тот день в аптеке, ожидая предписанных медикаментов. Имя Боннифейс было хорошо известно в Молена-Пойнт. Глава семьи был старшим партнером в фирме «Боннифейс, Сторкер и Клайн». Дороти Боннифейс было тридцать с хвостиком; она была одной из тех роскошных блондинок с великолепной стрижкой и профессиональным макияжем, которые могут прийти в «Ритц Карлтон» в старых джинсах и линялой футболке, но вся обслуга вывернется наизнанку, наперебой стараясь угодить.

Стоя у прилавка аптеки, госпожа Боннифейс между делом рассказала аптекарю, что ее Доналд сейчас находится в Японии, оформляет торговый контракт с какой-то из дочерних компаний «Сони» и его не будет до следующей пятницы. Они немного поговорили о том, что Джейми покашливает, однако не настолько сильно, чтобы держать ее дома и не отправлять в школу. Лекарство предназначалось как раз для Джейми. По словам госпожи Боннифейс, с двумя ее другими детьми было все в порядке, она как раз ехала, чтобы забрать их из школы, а потом подбросить на вечеринку по случаю дня рождения. Список покупок, лежавший рядом на прилавке, включал ящик анютиных глазок, ящик петуний и шесть ящиков с рассадой живучки – наверное, из местного питомника.