Выходя из аптеки, она прошла позади госпожи Боннифейс, чувствуя прилив томительного волнения. Затем заехала в «Кофемолку» через два дома, чтобы посмотреть адрес семейства Боннифейс в городской телефонной книге.

Там значились трое Боннифейсов; она знала, что все они родственники. Дональд Боннифейс проживал в доме 892 по Прибрежному проезду. Выйдя из кофейни, она села в свою машину и сделала крюк, медленно проехав мимо нужного дома.

Это был ухоженный двухэтажный голубой коттедж, перед которым располагался просторный двор с дорогой чугунной садовой мебелью. Великолепная гостиная на свежем воздухе, огороженная стеклянной стеной для защиты от порывов ветра с океана, тянулась метра на три вдоль дорожки, а высаженная в ряд мушмула создавала уединение. Справа находились дорожка, лужайка и клумбы с цветами, а также широкая проплешина грунта, откуда были недавно выкопаны какие-то цветы.

Мельком она заметила, что за домом есть еще одна мощеная терраса, отгороженная от любопытных взглядов из соседних окон. Небольшие промежутки между кустами обеспечивали отличный подход к месту. Можно было бы припарковаться на соседней улице, проскользнуть через соседские дворы и подобраться к дому Боннифейс, якобы ища потерявшегося кота.

В пятницу утром она так и сделала: оставила машину в квартале от нужного дома и добралась пешком, бормоча «кис-кис-кис». Она была уверена, что никто не заметил ее передвижений из-за тумана, она и сама едва могла разглядеть соседские клумбы и невысокие изгороди. Подойдя к дому Боннифейс, она, как ни в чем не бывало, поднялась на заднее крыльцо.

Вытирая ноги, она прикинула, что можно увидеть из соседских окон, и решила, что немногое. Но никто и не смотрел. Она легонько постучала в дверь, хотя не ожидала ответа. Проезжая перед домом, она видела Дороти Боннифейс, которая копалась в земле, опустившись на колени, и увлеченно высаживала петуньи. Хозяйка дома явно была «жаворонком». Анютины глазки уже заняли свое место, пестрые и яркие в бледной пелене тумана; рассада живучки стояла рядом, ожидая своей очереди. Машина на дорожке отсутствовала – значит, прислуги в доме не было, по крайней мере сейчас. Не видно было машин и на улице. Большинство жителей Молена-Пойнт, кроме тех, кто обосновался в поместьях на холмах, нанимали помощников только для уборки и обслуживания званых обедов или вечеринок.

На стук никто не ответил. Она побарабанила пальцами по двери еще раз, надеясь, что ее не слышно во дворе перед домом, и, выждав немного для верности, повернула ручку. Дверь была не заперта. Усмехнувшись, она скользнула в дом.

Дороти Боннифейс оставила включенной кофеварку, булькающее варево запахом напоминало кипящий гуталин. Сложенная утренняя газета лежала на столе; возможно, госпожа Боннифейс специально оставила ее, чтобы почитать попозже, в перерыве за утренним кофе. Кухня была нарядной – кремовая плитка, темно-синие стены и белые дубовые шкафы. Под одним из верхних шкафчиков был вмонтирован миниатюрный телевизор. Она выдернула его из крепежной рамки. Да, он тоже отлично поместится в одном из карманов и даже не слишком будет выпирать из-под плаща. Во всяком случае, это будет не очень заметно в тумане. Она решила, что заберет его перед уходом. Пройдя в столовую, она несколько минут изучала содержимое серванта: фарфоровый сервиз от Спода и хрусталь. От этих предметов не слишком много проку, если не брать весь набор, но столько ей не унести. Хотя китайский фарфор восхитителен. Возможно, она придет сюда еще раз, позже, чтобы загрузить это все прямо в машину; хотя такой способ и не был ей привычен, но можно сделать и так – для разнообразия.