– Нет, оставьте дверь открытой. Я замужняя женщина, не забыли?

 Стоунвилл в раздражении пожал плечами и пробормотал:

 – Как хотите…

 Они подошли к дивану и сели. Маркиз протянул ей один из мешочков, вытащив из него затычку, и объяснил:

 – Сначала сделайте несколько неглубоких вдохов, чтобы привыкнуть.

 Мэдлин так и поступила; при этом она следила, чтобы и Стоунвилл поднес свой мешочек к губам. Как и в прошлый раз, она не почувствовала ничего особенного. И не было никаких странных видений, о которых сэр Хамфри писал в своей книге. Возможно, она была бы даже разочарована, если бы действительно хотела испытать на себе воздействие веселящего газа.

 – Ну как? – спросил маркиз.

 – Ах, это очень интересно, – уклончиво ответила Мэдлин.

 – Интересно?.. Попробуйте еще.

 Мэдлин снова поднесла мундштук к губам, и тут Стоунвилл без предупреждения сильно сжал мешочек, так что она вдохнула гораздо больше газа, чем собиралась.

 – А теперь что скажете? – Он улыбнулся.

 – Я… я думаю, это замечательно, – ответила Мэдлин и вдруг поняла, что глупейшим образом хихикает. «Как странно, – подумала она. – Ведь на самом деле мне совсем не смешно…»

 Мэдлин вдруг почувствовала, что по всему ее телу распространяется какое–то странное тепло, а грудь как будто увеличилась в размерах – словно наполнилась газом.

 Ах, неужели она все еще вдыхает его? Она же не собиралась…

 Внезапно перед ее глазами появились белые пятна – прекрасные и восхитительные белые пятна. Они танцевали перед ней… как маленькие феи, заставляя ее то и дело хихикать.

 А потом белые пятна собрались все вместе и превратились в лицо, которое нависло над ней.

 – Скажите мне, миссис Брейхем, – проговорил лорд Стоунвилл, – вы действительно замужем за священником?

 За священником?! Она расхохоталась. Зачем ей выходить за священника? Они такие скучные, и многие из них не одобряют науку.

 – Я… я не помню, – пробормотала Мэдлин. – Но не думаю, что я замужем. Во всяком случае, мне так не кажется…

 Нависающее над ней лицо широко улыбнулось.

 – Так вы не кузина Норкорта, а его новая любовница, не так ли? Что ж, я знал, что он не сможет долго выдержать. Он ведь распутник…

 – О да, – кивнула Мэдлин. Ей вдруг вспомнилось, как Энтони ласкал ее в садовом павильоне и что она тогда чувствовала. Как ни странно, сейчас она чувствовала нечто подобное – тепло и трепет во всем теле. Правда, сейчас у нее еще и звенело в голове, и это ей не очень–то нравилось.

 Мэдлин провела рукой по своим волосам, пытаясь унять этот звон, но от этого только выпали шпильки и ее прическа рассыпалась.

 – Ах! – Она снова захихикала, а потом вдруг громко рассмеялась.

 – Выходит, Норкорт мне лгал, – проговорил лорд Стоунвилл. – А вы, вероятно, заставили его устроить вам эту вечеринку, пообещав сделать что–то безнравственное…

 – Нет–нет. – Мэдлин заставила себя не смеяться. – Нет, ничего безнравственного. Совершенно ничего…

 – Неужели?.. – Лорд Стоунвилл снова расплылся в улыбке. – Но скажите, зачем вам понадобилась эта вечеринка? – допытывался он. – Кого вы здесь ищете? Вы ведь хотите найти кого–то, не так ли?

 Мэдлин закивала и радостно воскликнула:

 – Да–да, конечно! Я ищу химика! Его зовут… – Но как же его зовут? Сэр Хамми? Сэр Хамф? Нет, кажется, так…

 Тут Стоунвилл взял ее за подбородок и пристально посмотрел ей в глаза:

 – Я хочу знать, кого вы здесь ищете.