Через полтора часа Верткий добрался до квартиры Красули.

– Свистун был в больнице, базарил с Поршнем, – медленно докладывал он, мучительно выискивая в блатном жаргоне более или менее приличные слова. – Я попытался покопаться в его нутре, но, кажись, не получилось. Хитрец, сявка, каких мало. Одно только ясно – офицерик знает Свистуна и Поршня. Отлично знает. Без твоего разрешения я не стал спрашивать его, захочешь – сама сделаешь. Думаю, базар Свистуна с Поршнем – подготовка к приезду Жетона. Не знаю зачем, но Жетон, вроде, хочет навестить бывшую свою шестерку…

Красуля, по обыкновению, валялась на постели в прозрачном халатике, жевала бананы, озабочено хмурилась. Значит, киллер выполнял поручение Жетона и только чудо спасло Мишеньку. Но Поршень завязал узелок, Хвост докладывает – живет спокойно, работает оператором в котельной, ни с кем из авторитетов не связан. Зачем понадобилось Жетону вытаскивать на свет Божий завязавшего киллера? Почему Федоров навещает его в больнице?

Она не особенно верила в спосоности узколобого дегенерата, но чем черт не шутит. Подстеречь похитителя Вики, вытрясти из него место, где он ее держит, в заключении – замочить.

– Спасибо, Верткий, поработал на славу. Шмонай дальше. Вот тебе за сообщение, – лениво бросила она на тумбочку тощую пачку зеленых. – От офицера – ни на шаг. Заметишь что – мухой ко мне. Где он сейчас?

– В своем офисе. Сидит хмурый, сразу видно тоскует, – тупоголовый хитрец ввернул про любовную тоску офицерика. Будто погладил Красулю по плечику. – Хотел я посоветовать навестить тебя, да не решился…

– Зря не решился, – промурлыкала женщина, бросив на пол кожуру очередного банана. – К тому же, Мишенька мне нужен… Позови Хвоста. Наверное сидит на кухне и пошлепывает по заду повариху. А ты, гнилой огрызок, почему оставил Федорова без охраны? Да я тебе сейчас…

Веткий предпочел не искушать судьбу – попятился к дверям.

Оставшись одна, Сотова снова и снова перебирала полученные сведения. Изощренный в сражениях с конкурентами, с одной стороны, и сыщиками – с другой, деятельный, не знающий отдыха, ум отбрасывал ничего не значащие или малозначащие факты, укладывал в определенном порядке все то, что требовало размышлений и оценок.

Красуля терпеть не могла «белых пятен», неустанно старалась либо аннулировать, либо просветить их. В данном случае, посещение Мишенькой больницы – не главное, но и не второстепенное, лежащее где то посредине. А вот неожиданный интерес Жетона к бывшему киллеру, тем более, желание посетить его для какого то, возможно, важного разговора заслуживает внимания.

Если это связано с бывшей профессией Засядько, толстый боров затевает крупную операцию, в которой киллеру отведена, если не главная, то далеко не последняя роль.

Что за операция и в какой степени причастен к ней Федоров?

«Белое пятно» не исчезало и это мучило женщину. Так от поврежденного одного единственного зуба ломит всю челюсть.

Когда в спальне появился Хвост и, как обычно, отвел загоревшийся взгляд от оголенных женских прелестей, решение уже было выработано.

– Поедешь в больницу, адрес скажет Верткий. Там в травматологии лежит Поршень… Замочить! Не стрелять, конечно, и не душить – сделаешь укольчик вот этим снадобьем, – протянула она телохранителю маленький пузырек. – Возьмешь пяток пехотинцев и устроишь засаду. Появится Жетон – замочить. Сегодня ехать уже поздно, – посмотрела Красуля на напольные часы. – Сделаешь утром после завтрака. Пусть киллер в последний раз побалуется манной кашкой на святой водичке – даже в наших делах нужно быть человечным.