Жетон насторожился.

– О чем базар?

Ангел поднялся, бесшумно прокрался к двери. Резко открыл. Согнувшаяся в классической позе слухача бандерша едва не ввалилась в комнату. За ее спиной, будто прикрывая хозяйку от нападения с тыла, громоздилась Ленка.

– Еще раз подойдешь к двери ближе пяти метров – из одной бабы сделаю две. Разрежу от макушки до того самого «рабочего» места. Усекла, шкура дерьмовая?

Ошеломленная не столько угрозой, сколько тоном, каким она выдана, бабка Евдокия в полусогнутом положении побежала по коридору. Громко топая ногами колоннами, следом за хозяйкой ушла повариха.

На всякий случай Ангел не говорил – шептал.

– Слушай внимательно, кореш, и не штормуй. Имен и кликух базарить не стану – сам понимаешь, ни к чему это. Если короче, одной партии понадобилась группа киллеров. Не больше десятка пехотинцев, отлично владеющих всеми видами оружия. Скурвятся – залетят на пику. Мгновенно, без разных следствий и судебных заседаний. Во главе группы должен стоять дока. Такой, как ты. Что и где делать – получит маляву… Оружие, взрывчатка, наводка – все через меня… Усек?

– Башли? – выпалил Жетон.

– По потребности. Сколько захочешь, столько и получишь. Плюс – премии за выполненные задания. Там, – Ангел ткнул пальцем в потолок, – мелочиться не любят.

– Ксива?

– Никаких ксив. Но сыскари не найдут, вынюхают – получат вздрючку и отвалят. Дойдет до портного судьи – тоже пойдет под молотки. И судья и дело.

– Значит, решка не грозит? Париться не доведется?

– Если не просадишь понты. Я, как только узнал от босса, сразу тебя вспомнил. Вот кто подошел бы на роль вожака группы! А ты, будто подслушал, нарисовался… Согласен?

– Подумать надо. Как бы не фрайернуться, – солидно проговорил Жетон. – Мокруха – дело опасное, да еще – групповщина… Нет, сразу не отвечу. Загляни через три дня – побазарим окончательно.

– Добро, загляну… Только не вздумай, дружан, сдать назад, здесь не просто кровью пахнет… В деле я – шестерка, надо мной другие сидят, они не помилуют. Советую держать язык за зубами даже во сне. Лучше храпи с присвистом…

Особо думать и прикидывать Жетон не собирался. Его «армия» либо перебита, либо переметнулась к Красуле, фирмы, ранее выплачивающие ему дань, теперь платят победительнице, скокари и фармазоны, наверняка, тоже поменяли хозяина. Чем же прикажешь заниматься? Просить милостыню в подземных переходах либо превратиться в красулинскую шестерку?

Киллерская работенка, конечно, тоже не конфетка. Особо, когда приходится выполнять заказы верхов. Фрайернешься, не выполнишь либо попадешься – мигом отправишься на тот свет. Без пересадки в СИЗО и в судах. Верха, небось, имеют под рукой не только нанятых киллеров, но и шестерок, которые следят за ними.

Но, ежели взглянуть с другой стороны, его сватают не на роль рядового киллера, обещают сделать этаким «киллерским боссом». Командовать: ты – туда, а ты – сюда, замочить того, пустить под молотки этого. И грести, грести к себе капусту, набивать ею чемоданы и баулы.

Жетон будто разбрасывал игральные карты. Зона не выпадала, вместо нар и сечки – удача, деньги. Значит, нужно соглашаться…

На третий день чиновник в сопровождении советника телохранителя снова приехал в бордель. И Жетон дал Ангелу «клятву верности». Пообещал за неделю найти стоящих парней. Мысленно, определил в их число изворотливого Свистуна. Не беда, что парень владеет пистолетом, как баба молотом, зато мозги работают на полную мощность.

Через неделю, тепло распрощавшись и набив карманы бандерши капустой, новоявленный главарь киллеров поехал в свое лесное убежище.