Это всё было сном! Я перенёс слишком много стрессов в последние дни и плохо спал несколько ночей, вот мне и привиделось что-то несуразное.

– Можно вас спросить? – я подошёл к мужчине. – Мне всё время по ночам кажется, что я слышу какие-то песни. Вы не знаете, что это такое?

– Да, это… – голос соседа дрожал… или по-козлиному блеял, его лицо напряглось, казалось, мужчина делает усилие, чтобы сказать мне что-то, и он наконец выговорил. – Беги! Пока дверь внизу открыта, беги! Беги отсюда!

И как только он это произнёс – его тело дёрнулось в сторону, и он с силой ударился в стену. Потом снова и снова, всё сильнее и сильнее разбивая голову. Кровь летела во все стороны.

– Беги! Или станешь… станешь как мы все! Мы его куклы! – кричал мой сосед, пока не сломал себе челюсть об стену.

И я побежал. Двери комнат стали открываться одна за другой. Теперь за мной гнались. Меня ловили!

Я понял: все эти люди одержимы. Тот козломордый демон управлял ими как марионетками. Такая судьба ожидала и меня, если бы я не убежал.

Мне удалось! Вылетел на холодную улицу в одной только футболке и побежал прочь из этого района!

Мне пришлось вернуться в квартиру к своей семье. Я до сих пор не могу назвать им причину своего возвращения. Я до сих пор не придумал, как рассказать об этом хоть кому-нибудь!

И самое страшное, что каждую ночь я вижу во сне козломордого… Он зовёт меня, он уговаривает подчиниться ему, открыть свой разум, стать им, стать частью единого целого. Этот демон больше не кажется мне таким ужасным. Нет. Меня пугает другое!

Я ночую в одной комнате с шумными младшими братьями, и каждый день ловлю себя на мысли, что в той общаге всё ещё есть мой уголок. Моя тихая комната, куда я всегда могу вернуться. Неужели это то, чего я хочу?..

Настоящий друг

Если подумать, Генка был моим единственным настоящим другом. Мы были не просто соседями, которые вместе снимали квартиру, он ещё и выручал меня несколько раз с оплатой аренды. Да, он любил прибухнуть, бывало, он сидел на кухне в пьяном виде, нёс всякую чушь и рот у него не закрывался, доставал меня своей болтовнёй, но он был добрый парень. От природы добрый. Ни разу не слышал, чтобы он говорил о ком-нибудь что-то дурное. И хотя бы раз он сделал мне что-то по-настоящему плохое? Нет. А я с ним вот как поступил…

Во всём ли виноват я? Мог ли я помочь, что-то исправить или не навредить хотя бы? Не знаю. Теперь и разбираться поздно, однако я снова и снова копаюсь в себе, ковыряю старые раны.

Мы учились в одном университете, снимали квартиру на двоих с первого курса. Генка в одной комнате, а я в другой. Так и жили целых четыре года до недавнего времени.

Случилось это около двух месяцев назад. Я пришёл домой вечером и слышу, Генка кашляет в своей комнате, аж давится.

Я спросил с порога:

– Ты чего там?

– Горло болит, – хрипло ответил сосед из своей комнаты.

– Ты же говорил, что болеют только трезвенники, – язвительно сказал я.

Генка часто хорохорился, что никакой вирус ему не страшен, потому что у него организм проспиртованный. И вот он как раз накануне вечером пил, а теперь заболел.

Я человек брезгливый, у меня слабый иммунитет, поэтому решил, что буду держаться подальше от комнаты соседа и постараюсь не пересекаться с ним на кухне. Не хотелось подхватить заразу и получить потом осложнения. Я даже дома стал ходить в маске.

Той ночью мне плохо спалось – сосед за стенкой хрипел и кашлял. Ох, достал!

– Да сходи ты уже в больницу или врача вызови, – орал я ему, собираясь утром на пары.

– Не нужен мне никто, – сипел Генка из своей комнаты.