Снова возник официант.

— На сегодня наши фирменные блюда...

— У меня пропал аппетит. — Деннинг попытался подняться. — Мне плохо.

Джилл поспешно встала, чтобы пропустить Деннинга.

— Такое напряжение... Сначала Миллгейт, затем Ллойд. Столько вопросов.

— Может быть, вызвать врача? — спросил Питтман.

— Нет.

— Отвезти вас домой?

— Нет. — До крайности возбужденный, Деннинг вытер платком лицо. — Все хорошо. Я один доберусь.

На заплетающихся ногах старик прошел мимо официанта, чуть не налетел на второго с подносом, уставленным блюдами, и, лавируя между столиками, двинулся к выходу.

Питтман и Джилл последовали было за ним, но путь им преградила большая группа людей, рассаживающихся вокруг столиков. Через плечо женщины в вечернем наряде Питтман увидел, что Деннинг уже в вестибюле. И вместе с Джилл по освободившемуся наконец проходу устремился к дверям.

— Что, черт подери, это значит? — спросил Питтман.

— О том же я хотела спросить тебя. Похоже, ему стало плохо, но...

— А может, он и в самом деле разволновался?

— Вопрос в том, что он намерен предпринять. Почему вдруг он так заспешил?

— Давай разделимся и попробуем его отыскать.

— Вот они где, — произнес прокурорским тоном мужской голос позади них.

Питтман обернулся и увидел в дверях разъяренных официанта и метрдотеля.

— Мы хотели узнать, как наш друг, — объяснил Питтман.

Метрдотель весь дымился от ярости.

— С вами все ясно. Недаром ваша дама явилась в таком виде в нарушение всех правил.

— Мы вернулись бы.

— Бесспорно. Но лишь в том случае, если бы вас удалось задержать. Надеюсь, вы заплатите за коктейли, прежде чем отправитесь на поиски вашего друга.

— Джилл, беги направо, — распорядился Питтман. — Может быть, он на соседней улице. Если разминемся, буду ждать возле машины.

Сколько мы вам должны? — поспешно спросил Питтман.

— Четыре «Джека Дэниэлса», «Хейникен» и...

— Не нужно перечислять. Назовите сумму.

— Двадцать восемь долларов.

Питтман сунул официанту тридцать долларов, нанеся еще один весьма ощутимый удар по их бюджету, и заспешил налево, морщась от боли в ногах — слишком долго сидел в машине.

Доковыляв до угла, он стал всматриваться в лица пешеходов, И примерно в четверти квартала от себя заметил Деннинга, топтавшегося между запаркованными у тротуара автомобилями перед остановившимся такси. Старик что-то сказал водителю и нырнул в машину.

Питтман не успел добежать до такси и заковылял обратно, ощущая, как сводит судорогой ноги.

— Я не видела его, — сказала Джилл, стоя на противоположной от ресторана стороне улицы рядом с запаркованным «дастером».

— А я видел! Быстро в машину!

Питтман завел мотор и резко отъехал от тротуара, едва не врезавшись в «БМВ». Позади возмущенно загудел клаксон. Питтман, не обращая внимания, свернул налево, на улицу, где видел Деннинга.

— Как ты думаешь, куда он отправился? — спросила Джилл.

— Не знаю. Видел только, что он двинулся к северу по улице с односторонним движением. Деннинг не стал бы ловить такси за углом, если бы не намеревался двигаться в том направлении.