Также Жан де ла Валетт прекрасно знал, что правители европейских держав, равно как и многие высшие аристократы, регулярно обещали в случае чего пойти в крестовый поход. Вот как только, так сразу. Но никто обычно не ходил. Ограничиваясь одной лишь болтовней. Да и помощи им не оказывали. А Андрей: сказал — сделал. И без лишней болтовни да медлительности. И не просто сделал, а в самые сжатые сроки разбил три крупные армии неприятеля и теперь стоял с осадой у цели своего похода — города Антиохии, которой ждать помощи было ни откуда.

Это завораживало.

Это подкупало.

Это склоняло к самому тесному сотрудничество, ибо Великий магистр видел в нем единственного реального союзника ордена. Стервятники то оно понятно — сейчас налетят. Но если нужно будет серьезно драться — вряд ли на кого, кроме Андрея можно рассчитывать.

Молодому же Палеологу очень был нужен флот эти ребят для совершения стратегического маневра. Дабы продолжить гнуть свою линию и сломать интриги многим местным игрокам. Как в свое время Александр Великий — мечом разрубив Гордиев узел.

***

Сигизмунд II Август сидел перед столом и смотрел на письмо. Запечатанное. Он уже вот добрый час на него смотрел, не решаясь вскрыть.

Была бы его воля — не читая бросил бы в камин. Но с волей у польского короля имелись некоторые сложности. Слишком осторожный и нерешительный он боялся словно заяц, загнанный на край обрыва. Еще немного и нужно будет прыгнуть, что позволило бы хоть ненамного почувствовать себя свободным. В полете. Но это «еще немного» все не наступало. И он страдал от мучительных сомнений по любому поводу.

Наконец, не выдержав, он взял письмо.

Сломал печать.

Слегка трясущимися руками развернул его и начал читать…

Ничего сильно страшного там не оказалось.

Ну, на первый взгляд.

Просто Папа Римский осведомлялся о слухах, согласно которым католический король нарушил Божий мир, срывая успешно проходящий Крестовый поход. Верны ли они? И вообще — что происходит?

О том, что Папа все знает — Сигизмунд прекрасно понял. Как и о том, что он посылает ему толстый намек не маяться дурью. Но ему-то там в Риме хорошо. Он далеко сидит. И ему с этими безумными Сеймами управляться не нужно.

Технически король войну еще не начал. Потому что коронное войско в него не вступило. И к тому же Смоленску подошли пока отряды магнатов. То есть, это можно было констатировать как частную феодальную войну. Да, некрасивую. Но она не носила характер войны корон, а в формате военных столкновений феодалов, ничуть не угрожала графству Шат и владениям князя Антиохии в Туле.

Понятно — очень натянутый ответ.

Но Сигизмунд, загнанный в угол своими аристократами, решил играть в дурочка до последнего. И не соваться к войскам под любыми предлогами. Дабы всегда можно было сказать — я не я и лошадь не моя. Ну и, заодно, поставить под удар допекших его магнатов.

О чем он развернуто и написал в ответе Святому престолу. Прямо, понятное дело, ничего не говорил. На всякий случай. Но из оговорок и образных конструкций любой умный человек сделал бы правильный вывод. Ну и исподволь, также неявно, просил помощи с «потерявшими берега» магнатами. Дескать, он заложник ситуации и они, от его имени творят черти что.

Перечитал свой ответ.

Вздрогнув, воровато озираясь, услышав какой-то шум за дверью.

И присыпал текст мелом, дабы подсушить чернила. А потом свернул, запечатал самым тщательным образом и вызвал представителя Святого Престола, что ожидал ответа…

[1] С 15 февраля 1113 года Мальтийский орден является суверенным государством.

Глава 2

1559 год, 23 июля, окрестности Антиохии

— Рад вас видеть в добром здравии, — произнес Андрей, обращаясь к делегации переговорщиков, прибывшей из Антиохии.